Каталог книг

Саша Чекалов Давайте веселиться!

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

…Вернулся однажды с фестиваля, стал искать в сети фотки, нашёл, в том числе и себя! – качнул джпег, смотрю, а он называется «prikolist»… Вот, значит, как? Ладно. Как говорят англичане – let it be so. Это книжка стихов, написанных в 2012—2013 гг., – в период, когда автор, представьте себе, всё ещё не понимал некоторых вещей… в частности, того, что в новом времени нет места ни подобным стихам, ни даже подобным мыслям.

Характеристики

  • Форматы

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Саша Чекалов Давайте веселиться! Саша Чекалов Давайте веселиться! 200 р. litres.ru В магазин >>
Саша Чекалов Куча песен Саша Чекалов Куча песен 200 р. litres.ru В магазин >>
Саша Чекалов Как всегда Саша Чекалов Как всегда 200 р. litres.ru В магазин >>
Саша Чекалов Казни египетские Саша Чекалов Казни египетские 200 р. litres.ru В магазин >>
Саша Чекалов Замечательное утро Саша Чекалов Замечательное утро 200 р. litres.ru В магазин >>
Саша Чекалов Накануне Саша Чекалов Накануне 200 р. litres.ru В магазин >>
Саша Чекалов Вариант Геры Саша Чекалов Вариант Геры 200 р. litres.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Давайте веселиться

LITMIR.BIZ Популярные Наши рекомендации ТОП просматриваемых книг сайта: Давайте веселиться!. Саша Чекалов Информация о произведении:

© Саша Чекалов, 2016

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

в багдаде некое спокойствие.

как будто родина – сестрой

а сзади дышит общий строй.

в упор не вижу, в чём вина моя.

была поверка. где гулял?

с сестрою бегали мы нa море,

и что! – «а то, что ты фигляр.»

…сестра моя – косички тоненьки

(горохом капли, «тяжкий Рок»…);

цветок, в однажды взятом томике

засушенный мечтами впрок.

пожрать им надо бы.

а мне. арест? вся жизнь – арест.

(и сок на платьице гранатовый…

и небо чистое окрест.)

буржуйка сбоку жарит медленно.

«ты шут гороховый! паяц!

всё сущее тобой осмеяно!»

…а рота – ждёт убогих яств.

мыслишки ползают, как вошеньки,

в тиши – то кашель, то «апчхи»…

и я не вижу ничегошеньки

сквозь запотевшие очки.

…Сам море – и сам себе алый парус…

Ну, может быть, белый. Плюс алый шарф

(а вовсе не стяг, как обычно). Пакость

какая-то грозно гудит в ушах, —

какой-нибудь Вагнер, полёт валькирий…

И – сам себе путник (который мог

когда-то искать себе бури в кире,

пока не истаял в огне дымок

и сам себе клич! манифест, памфлет!

А на горизонте – то мимо Фудзи

улитка спешит найтовать на флэт

(пока не застигло в пути), то спутник

сигналит из космоса: «Help! Some more!»…

Но все мудрецы на мели. Ведь путь их

(И – не пройдёт само.)

Небо – это волосы Мальвины,

собранные некогда в тюки,

ставшие (не мы ли в том повинны?)

синью невесомою… Теки

плавно у емель над головами

и – шепча: «Заслуга ли, вина ль

ваша в том, а я пребуду с вами!» —

тихо о себе напоминай.

…Что Мальвина! – мчится в чаще лезвий

на членистоногом скакуне:

это бред (по случаю болезни), —

лучше не задерживаться мне

в мире, где луна – ведро без дужки,

тучи же – горящие дрова

и на влажной, скомканной подушке

бритая застыла голова.

когда в коровнике пустом сухой найдётся уголок —

всё лучше там, чем под кустом… ведь есть и пол, и потолок…

ну ладно, крыша… и не в счёт, что и не ел ты, и не пил.

…по крайней мере, не течёт с покрытых плесенью стропил

а будет лето – лучше ты найди побольше стог – и в нём

дождись вечерней темноты…

мы всё когда-нибудь вернём! —

ну а пока… берём лишь то, чего не нужно никому —

и сквозь тумана решето уходим сытыми во тьму

поскольку ветер тут такой,

что каждый рухнет, поражён!

…а воздух – можно брать рукой и резать запросто ножом

Источник:

litmir.biz

Читать онлайн книгу - Давайте веселиться

Давайте веселиться!. Саша Чекалов Чтение книги онлайн. Читать онлайн книгу Давайте веселиться! - Саша Чекалов страница Информация о книге:

© Саша Чекалов, 2016

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

в багдаде некое спокойствие.

как будто родина – сестрой

а сзади дышит общий строй.

в упор не вижу, в чём вина моя.

была поверка. где гулял?

с сестрою бегали мы нa море,

и что! – «а то, что ты фигляр.»

…сестра моя – косички тоненьки

(горохом капли, «тяжкий Рок»…);

цветок, в однажды взятом томике

засушенный мечтами впрок.

пожрать им надо бы.

а мне. арест? вся жизнь – арест.

(и сок на платьице гранатовый…

и небо чистое окрест.)

буржуйка сбоку жарит медленно.

«ты шут гороховый! паяц!

всё сущее тобой осмеяно!»

…а рота – ждёт убогих яств.

мыслишки ползают, как вошеньки,

в тиши – то кашель, то «апчхи»…

и я не вижу ничегошеньки

сквозь запотевшие очки.

…Сам море – и сам себе алый парус…

Ну, может быть, белый. Плюс алый шарф

(а вовсе не стяг, как обычно). Пакость

какая-то грозно гудит в ушах, —

какой-нибудь Вагнер, полёт валькирий…

И – сам себе путник (который мог

когда-то искать себе бури в кире,

пока не истаял в огне дымок

и сам себе клич! манифест, памфлет!

А на горизонте – то мимо Фудзи

улитка спешит найтовать на флэт

(пока не застигло в пути), то спутник

сигналит из космоса: «Help! Some more!»…

Но все мудрецы на мели. Ведь путь их

(И – не пройдёт само.)

Небо – это волосы Мальвины,

собранные некогда в тюки,

ставшие (не мы ли в том повинны?)

синью невесомою… Теки

плавно у емель над головами

и – шепча: «Заслуга ли, вина ль

ваша в том, а я пребуду с вами!» —

тихо о себе напоминай.

…Что Мальвина! – мчится в чаще лезвий

на членистоногом скакуне:

это бред (по случаю болезни), —

лучше не задерживаться мне

в мире, где луна – ведро без дужки,

тучи же – горящие дрова

и на влажной, скомканной подушке

бритая застыла голова.

когда в коровнике пустом сухой найдётся уголок —

всё лучше там, чем под кустом… ведь есть и пол, и потолок…

ну ладно, крыша… и не в счёт, что и не ел ты, и не пил.

…по крайней мере, не течёт с покрытых плесенью стропил

а будет лето – лучше ты найди побольше стог – и в нём

дождись вечерней темноты…

мы всё когда-нибудь вернём! —

ну а пока… берём лишь то, чего не нужно никому —

и сквозь тумана решето уходим сытыми во тьму

Источник:

livelib.biz

Саша Чекалов - Давайте веселиться!

Саша Чекалов - Давайте веселиться!

99 Пожалуйста дождитесь своей очереди, идёт подготовка вашей ссылки для скачивания.

Скачивание начинается. Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.

Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.

Описание книги "Давайте веселиться!"

Описание и краткое содержание "Давайте веселиться!" читать бесплатно онлайн.

© Саша Чекалов, 2016

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

в багдаде некое спокойствие.

как будто родина – сестрой

а сзади дышит общий строй.

в упор не вижу, в чём вина моя.

была поверка. где гулял?

с сестрою бегали мы нa море,

и что! – «а то, что ты фигляр.»

…сестра моя – косички тоненьки

(горохом капли, «тяжкий Рок»…);

цветок, в однажды взятом томике

засушенный мечтами впрок.

пожрать им надо бы.

а мне. арест? вся жизнь – арест.

(и сок на платьице гранатовый…

и небо чистое окрест.)

буржуйка сбоку жарит медленно.

«ты шут гороховый! паяц!

всё сущее тобой осмеяно!»

…а рота – ждёт убогих яств.

мыслишки ползают, как вошеньки,

в тиши – то кашель, то «апчхи»…

и я не вижу ничегошеньки

сквозь запотевшие очки.

…Сам море – и сам себе алый парус…

Ну, может быть, белый. Плюс алый шарф

(а вовсе не стяг, как обычно). Пакость

какая-то грозно гудит в ушах, —

какой-нибудь Вагнер, полёт валькирий…

И – сам себе путник (который мог

когда-то искать себе бури в кире,

пока не истаял в огне дымок

и сам себе клич! манифест, памфлет!

А на горизонте – то мимо Фудзи

улитка спешит найтовать на флэт

(пока не застигло в пути), то спутник

сигналит из космоса: «Help! Some more!»…

Но все мудрецы на мели. Ведь путь их

(И – не пройдёт само.)

Небо – это волосы Мальвины,

собранные некогда в тюки,

ставшие (не мы ли в том повинны?)

синью невесомою… Теки

плавно у емель над головами

и – шепча: «Заслуга ли, вина ль

ваша в том, а я пребуду с вами!» —

тихо о себе напоминай.

…Что Мальвина! – мчится в чаще лезвий

на членистоногом скакуне:

это бред (по случаю болезни), —

лучше не задерживаться мне

в мире, где луна – ведро без дужки,

тучи же – горящие дрова

и на влажной, скомканной подушке

бритая застыла голова.

когда в коровнике пустом сухой найдётся уголок —

всё лучше там, чем под кустом… ведь есть и пол, и потолок…

ну ладно, крыша… и не в счёт, что и не ел ты, и не пил.

…по крайней мере, не течёт с покрытых плесенью стропил

а будет лето – лучше ты найди побольше стог – и в нём

дождись вечерней темноты…

мы всё когда-нибудь вернём! —

ну а пока… берём лишь то, чего не нужно никому —

и сквозь тумана решето уходим сытыми во тьму

поскольку ветер тут такой,

что каждый рухнет, поражён!

…а воздух – можно брать рукой и резать запросто ножом

а после – лестницу найдя,

зарыться в облако – и там

напиться тёплого дождя,

назло ребяческим мечтам

о том, как ты вернёшь долги

о том, как детство ты вернёшь

…себя не мучь себе не лги

«даже ты и я снести в силах целый мир»

…ведь хотели ясности! —

кто ж тебя сломил?

мы хотели строгости линий и палитр…

так замри же в робости:

белым мир облит

раз желали что-то мы выбрать полютей,

все следы затоптаны,

но зато – метель

раз жалели как-то мы…

только стужа с фактами – в сердце всех степей

«…напряги же бешеность

истреби же лень,

студень! жижа шустрая!» —

ну же, где болит?

…мир напрягся, чувствуя

жар твоих молитв

шуршат кузнечики в ночи, едите жир вы

а коренные москвичи бормочут шифры

и выдают им их багаж, а в банке – налик

и – меряясь («а ну, покажь!») – все едут нa юг.

на юге… добрая душа сдаст угол в доме

затем подарит не спеша привычно вдовий

непостижимо сильный жар… там будут волны

и мутноватый лунный шар… и вздох притворный

…ворчат задумчиво сверчки в гостях у моли

«так вы вернулись, своячки? и как на море?

не трусят, нет? а вдруг москва закрутит вентиль?»

…слова – любого колдовства ветхозаветней

вечерний плещется туман в низине тёмной

на вахте – крутят оттаван и тину тёрнер

«у нас тут тоже море, блин!» … подходит сейнер…

даёшь финансовый трамплин, суровый север

«у нас тут тоже есть москвич, разнорабочий

на шее шарф, у носа свищ… певец обочин

оратор (мол, ужасный век, мол, нету мочи)

типичный лишний человек, посланец ночи»

а где-то – ветер, и судьба, и запах вкусный

звучит прелюдия, слаба, в далёкой кузне:

всё тук да тук… и каждый тюк дерёт таможня

и молятся и финн, и тюрк… да сколько ж можно!

бежать: туда, где хлещет жизнь и смысл у бурь есть!

где женщины сжигают жир – с ленцой любуясь

на перца пришлого рывки («у нас – никто вы!»)

…идут по сходням рыбаки, на всё готовы.

«право, я тебя не стою»??

скажем, есть бараний бок

а на полке над плитою

ты – одна из куси списек

…вот заносится рука —

чтоб тебя (татухи, пирсинг)

вынуть вон из коробка

но – роняет… в лужу между…

между мойкой и плитой —

где теряешь ты надежду:

там – и грешный, и святой,

разбросав устало ноги,

с чем-то липким на душе,

будто спичка, одинокий,

я – давно лежу уже.

так теперь и будем рядом…

смертный холод сердце сжал…

а в головке каждой спрятан

ведь могли бы загореться

и – зажечь… ну а затем?

…береги-ка лучше сердце

в этой лучшей из систем

а не то… не знаю… риски…

голод мор потоп падёж…

да в какие-нибудь списки

а не то – рука над нами

снова дрогнет («горячо!»)

и в альков, увитый снами,

рухнет кто-нибудь ещё:

где ж надежда, люди! где ж…

как родительный падеж,

путь единственный – как данность:

бег эпох, недель, минут

наблюдая – ждать, когда нас

вон куда-нибудь смахнут.

ждать – бесцельно, бесполезно

ждать – тоскуя и скорбя

здать – так искренне, так незно

…нет, не стою я тебя

День был утомительно пресен…

и, зайдя, спросил сосед: «Слышь,

чё ты не поёшь своих песен?»

…Монотонно капало с крыш,

ветер, было слышно, метался,

когти мгла вострила вдали —

и «Уход великого старца»

в жилу демонстрировали.

Я ответил, выключив ящик

(а бандуру – сдёрнув с гвоздя):

«Потому что нет настоящих,

искренних, как шёпот дождя, —

так, одни беспомощно злые,

про расклады наши гнилые

да про то, кто что не успел…

Пел я про нелепое детство…

Пел о том, как юность легла

и, не дав вокруг оглядеться,

будто по команде, дала…

Пел о неродившейся силе,

о твоих глазах, моя тьма…

И вставал за окнами синий

вечер, обнимая дома.

И включил опять сосед телек,

а потом сказал: «Извини,

прав ты был… Довольно истерик

в форме музыкальной фигни!

Нужно звать людей к новой жизни.

И – чтоб был какой-то навар.»

А потом забрал свои джинсы,

те, что поносить мне давал.

И ушёл… Резвилась погода:

то вдруг снова минус, то плюс;

я сидел печально и гордо,

думая: «Пойду, утоплюсь…

Или нет, повешусь, пожалуй»…

Новости пошли, будто встарь,

с новою ведущей поджарой…

(А потом – «Берлин» Рифеншталь)

…Живи, как положено. Долго

ухаживай… После женись.

…Выгуливай датского дога.

Лениво с женою бранись.

Расстанься. Надыбай подругу

(а лучше бы сразу троих)…

И – бегай лошадкой по кругу,

на дольки его раскроив.

Смотри астраханские фильмы…

Смущаясь: «Ах, чтоб он отсох!» —

меняя наездниц, как фирмы,

целуй их с обоих концов…

Мечись, будто бисер, под ноги…

Работай то этим, то тем —

нося на ключах для подмоги брелок – гороскопный тотем

и будет весна, я уверен!

Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.

Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!

Похожие книги на "Давайте веселиться!"

Книги похожие на "Давайте веселиться!" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.

Все книги автора Саша Чекалов

Саша Чекалов - все книги автора в одном месте на сайте онлайн библиотеки LibFox.

Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Отзывы о "Саша Чекалов - Давайте веселиться!"

Отзывы читателей о книге "Давайте веселиться!", комментарии и мнения людей о произведении.

Вы можете направить вашу жалобу на или заполнить форму обратной связи.

Источник:

www.libfox.ru

Давайте веселиться!

Давайте веселиться!

Саша Чекалов

Давайте веселиться!

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Перед строем

как будто родина – сестрой

а сзади дышит общий строй.

в упор не вижу, в чём вина моя.

была поверка. где гулял?

с сестрою бегали мы нa море,

и что! – «а то, что ты фигляр.»

(горохом капли, «тяжкий Рок»…);

цветок, в однажды взятом томике

засушенный мечтами впрок.

пожрать им надо бы.

а мне. арест? вся жизнь – арест.

(и сок на платьице гранатовый…

и небо чистое окрест.)

«ты шут гороховый! паяц!

всё сущее тобой осмеяно!»

…а рота – ждёт убогих яств.

мыслишки ползают, как вошеньки,

в тиши – то кашель, то «апчхи»…

сквозь запотевшие очки.

Ну, может быть, белый. Плюс алый шарф

(а вовсе не стяг, как обычно). Пакость

какая-то грозно гудит в ушах, —

какой-нибудь Вагнер, полёт валькирий…

когда-то искать себе бури в кире,

пока не истаял в огне дымок

и сам себе клич! манифест, памфлет!

улитка спешит найтовать на флэт

(пока не застигло в пути), то спутник

сигналит из космоса: «Help! Some more!»…

(И – не пройдёт само.)

Волосы Мальвины

собранные некогда в тюки,

ставшие (не мы ли в том повинны?)

синью невесомою… Теки

плавно у емель над головами

и – шепча: «Заслуга ли, вина ль

ваша в том, а я пребуду с вами!» —

тихо о себе напоминай.

на членистоногом скакуне:

это бред (по случаю болезни), —

лучше не задерживаться мне

в мире, где луна – ведро без дужки,

тучи же – горящие дрова

бритая застыла голова.

всё лучше там, чем под кустом… ведь есть и пол, и потолок…

ну ладно, крыша… и не в счёт, что и не ел ты, и не пил.

…по крайней мере, не течёт с покрытых плесенью стропил

дождись вечерней темноты…

ну а пока… берём лишь то, чего не нужно никому —

и сквозь тумана решето уходим сытыми во тьму

поскольку ветер тут такой,

что каждый рухнет, поражён!

…а воздух – можно брать рукой и резать запросто ножом

зарыться в облако – и там

напиться тёплого дождя,

назло ребяческим мечтам

о том, как ты вернёшь долги

о том, как детство ты вернёшь

кто ж тебя сломил?

так замри же в робости:

белым мир облит

все следы затоптаны,

но зато – метель

только стужа с фактами – в сердце всех степей

истреби же лень,

студень! жижа шустрая!» —

жар твоих молитв

а коренные москвичи бормочут шифры

и выдают им их багаж, а в банке – налик

и – меряясь («а ну, покажь!») – все едут нa юг.

затем подарит не спеша привычно вдовий

непостижимо сильный жар… там будут волны

и мутноватый лунный шар… и вздох притворный

«так вы вернулись, своячки? и как на море?

не трусят, нет? а вдруг москва закрутит вентиль?»

…слова – любого колдовства ветхозаветней

на вахте – крутят оттаван и тину тёрнер

«у нас тут тоже море, блин!» … подходит сейнер…

даёшь финансовый трамплин, суровый север

на шее шарф, у носа свищ… певец обочин

оратор (мол, ужасный век, мол, нету мочи)

типичный лишний человек, посланец ночи»

звучит прелюдия, слаба, в далёкой кузне:

всё тук да тук… и каждый тюк дерёт таможня

и молятся и финн, и тюрк… да сколько ж можно!

где женщины сжигают жир – с ленцой любуясь

на перца пришлого рывки («у нас – никто вы!»)

а на полке над плитою

…вот заносится рука —

чтоб тебя (татухи, пирсинг)

вынуть вон из коробка

между мойкой и плитой —

где теряешь ты надежду:

там – и грешный, и святой,

разбросав устало ноги,

с чем-то липким на душе,

будто спичка, одинокий,

я – давно лежу уже.

смертный холод сердце сжал…

а в головке каждой спрятан

и – зажечь… ну а затем?

…береги-ка лучше сердце

в этой лучшей из систем

голод мор потоп падёж…

да в какие-нибудь списки

снова дрогнет («горячо!»)

и в альков, увитый снами,

рухнет кто-нибудь ещё:

как родительный падеж,

путь единственный – как данность:

бег эпох, недель, минут

наблюдая – ждать, когда нас

вон куда-нибудь смахнут.

ждать – тоскуя и скорбя

здать – так искренне, так незно

Старые песни

День был утомительно пресен…

и, зайдя, спросил сосед: «Слышь,

чё ты не поёшь своих песен?»

ветер, было слышно, метался,

когти мгла вострила вдали —

и «Уход великого старца»

в жилу демонстрировали.

(а бандуру – сдёрнув с гвоздя):

«Потому что нет настоящих,

искренних, как шёпот дождя, —

так, одни беспомощно злые,

про расклады наши гнилые

да про то, кто что не успел…

Пел о том, как юность легла

и, не дав вокруг оглядеться,

будто по команде, дала…

Пел о неродившейся силе,

о твоих глазах, моя тьма…

И вставал за окнами синий

вечер, обнимая дома.

а потом сказал: «Извини,

прав ты был… Довольно истерик

в форме музыкальной фигни!

Нужно звать людей к новой жизни.

И – чтоб был какой-то навар.»

те, что поносить мне давал.

то вдруг снова минус, то плюс;

я сидел печально и гордо,

думая: «Пойду, утоплюсь…

Или нет, повешусь, пожалуй»…

с новою ведущей поджарой…

Иван-царевич

ухаживай… После женись.

…Выгуливай датского дога.

Лениво с женою бранись.

Расстанься. Надыбай подругу

(а лучше бы сразу троих)…

И – бегай лошадкой по кругу,

на дольки его раскроив.

Смущаясь: «Ах, чтоб он отсох!» —

меняя наездниц, как фирмы,

целуй их с обоих концов…

Мечись, будто бисер, под ноги…

Работай то этим, то тем —

нося на ключах для подмоги брелок – гороскопный тотем

И будет родных и друзей

круг тесен! – а ты, блин, как мерин,

тащи на себе карусель:

ведь некому больше, пойми же!

Решайся: ни выше, ни ниже,

…И толпы парнишек

завидовать будут тебе.

Но зря не рисуйся: бог датский —

ты всё-таки принц, а не вор.

с урлой заведи разговор;

кого угости сигаретой,

кому анекдот расскажи…

(для торта готовят коржи,

а что! – не кончаются свадьбы)…

Пусть пыль покрывает колчан!

…Кого бы до кучи позвать бы.

Башка – не башка, а кочан:

устал ты от той карусели…

Все гости, по-моему, сели —

речугу, виновник, рожай.

Скажи, что и хлеба, и сала

на много достанет торжеств —

пусть вертится наша Сансара,

бессмысленная, будто жест!

Пусть бесятся ваши кощеи!

Мы всех вас за пояс заткнём!

Не думай напрасно о нём.

Робко-игрива – не хочешь от ветра ты прятаться в чаще.

…Листья теряя – за каждый держалась ты, будто он первый.

Камни – статисты; дожди – вымогатели лиственных денег.

…Капля за каплей… «Не первая? Правильно… И не вторая…»

Лица, не маски! И каждое – лезвия, кажется, уже!

тише! скучнее. а иве-то хочется, чтоб дали след ей!

(Уж не к весне ли? «Не важно!») Чтоб кончился

Что ж не излиться прощального зова-то

и будут рядом… чтоб сыпаться нежною прописью нотной.

каждый клинок твой.

Между войнами

по сути-то наши, а так – ничьи ещё…

Не всем же служить на торпедном катере!

Кому-то в суворовском петь училище, —

мол, непобедимая… мол, могучая…

Да, серая масса, – не вижу в том лиха я:

вся куча – как я, но… и сам, будто куча, я!

…Не смог бы никто побороть безликое,

но… горе той силе, которой вздумается

каждому воину дать по личности:

тут каждый разбухнет, а общее – сдуется!

…С собою свой собственный паралич нести —

вот суть этих ваших свобод!

всем позавчерашним – да и сегодняшним

рабам тыкать ценности либеральные?

…Вслед воле – делёж настаёт! и бойня с ним!»

(Автобусная остановка, утречко…)

И медленно овладевала душами

тревога… Вдали – загибаясь, улочка

путь к звёздам указывала градирнями.

И общей победы – желал так слёзно я!

сияние кресло его колёсное.

Как бы будущее

обстоятельств и прочего зла —

и стоит над душою шарманщик,

коим несть, однозначно, числа.

…нотки валятся, как доминошки,

из копилки ему на сабо…

рюмкой, богом лишённой ножки,

опрокинулся в небо собор

и агент, и издатель идут

я не знаю, ни что ещё делать,

ни зачем я сижу ещё тут! —

мне бы ехать в марсель на экспрессе,

буржуазную булочку есть…

но – читатели в омске и бресте

зажигают уже в мою честь

соответствовать дивному дню.

проклинать вековую отсталость…

на чужую взирать толкотню,

на нагие по случаю марта

деревца… на игру этих орд…

отчего ж я ни счастлив, ни горд.

мне бы надо в дом работный:

не мешать там никому, —

молча комкаю картуз свой

…есть вакансии? фигня.

это всё не для меня

в подчинённые бы к финну

чтоб, не мучая меня,

отпустил бы на три дня

шёл я, подводя черту…

с чупачупсиной во рту

и вновь до самого утра

срубать сапёркой с синей туши

седые ломти, детвора,

скажу я вам, не лучший метод

поверить в то, что мир хорош,

но – есть у нас пока лишь этот,

и… нету веры ни на грош.

идти не близко… и потом —

костёр раскладывать, готовить

…с набитым до отказа ртом —

давясь и кашляя – проняться…

тянуться к общему огню…

нет, не хорош… зато про мясо

я память бережно храню!

расчерчивает всё мясник

и – принимается за дело…

и запевала приуныл…

ах, дети! мясо – это Гнозис!

(а мир – дешёвый сувенир)

не помешало б за бельём…

о век ротаций и мутаций!

…как шерстью, поросло быльём

всё обнажавшееся смело

перед мечтой – на всех одной!

расчерчивает всё портной…)

пускать ракету. утомил?

и… беспринципен этот мир.

вот потому-то с ним и ладим,

что он таков! таков! таков!

на коих – гроздья трупаков,

но тонут мысли в детском гаме

и – лучше думать о другом…

расчерчивает всё кругом.)

(Хоть и все вы похожи.)

…Твоё вымечко – длинное, как у козы…

да и мордочка тоже…

И когда на заре, освещённая вся, с коромыслом гимнастишь,

воду для выполнения плана нося —

ты открыта мне настежь.

будто я не мужик, а какая-то мразь?!

…Ну-ка, ставь эти вёдра

и – давай объясняй: почему же «нельзя»?

…Разве ж это настырность.

Ты не слишком ли многого хочешь, коза?

…Я не мразь, – это ТЫ мразь!

Ну а ты каждый раз, на помине легка, выбираешь… свободу?

Так давай же сбежим! (Ну, иди же сюда…)

Отвечаешь ты: «Рано», —

и… отложено снова (на миг? навсегда?) исполнение плана.

и – устав сильным чувством оправдывать мат

э-ээ… фильтрую базар я.

И утро – под гудки и птичий лепет

из двух пирамидальных тополей

готический собор бездумно лепит —

чтоб день его разрушил, накормив

нас ясностью в унынии жестоком.

(Ведь это правда: Запад – утлый миф!

тень между океаном и Востоком!)

Лишь утро (кто судья ему! не я ли?)

колдует – между молотом мечты

и наковальней выверенной яви.

на костре – добытый ранее,

нынче варится таймень.

И… забыв о том, что сжечь она

словно солнышко, встаёт.

исчерпав мольбы и доводы,

сжечь и рацию, и нал —

чтоб волшебник не слинял!

А сегодня… всё по-новому:

твоему созвучны норову

и настрой, и аппетит…

Что пилот! – пускай летит.

не экскурсия к мечте.

…Рыбы плавают небесные

в необъятной высоте.

Дядя курит. («Что же вышло-то?!

наглядеться на него.

обычных обстоятельств ветер

и подобрал нас, и приветил,

и даже смысла дал глоток! —

и вот несёт: к одним порогам…

к суровым, чую, временам…

не помня нас по именам…

служа одним на всех уроком…

в предчувствии больших месилов

друг дружке символы даря…

и – даже сблизиться не в силах.

и прочих формул разрешённых,

нам нечем, бедный лягушонок,

в реке уныния грести.

довольно прошлых… А оно

куда-то тащит всё равно.

Весеннее небо

И, в общем, почти наступила весна, а мы…

Мы, так сказать, связаны ей по рукам-ногам.

Мы пленники жизни – что хуже любой тюрьмы.

Вон ту – не люби: у неё на руках дитя.

…Сидишь день за днём, будто в тесной норе сурок,

надеясь на чудо: вдруг явится, всё сметя!

синица судьбы… И не рыпается: мертва.

Скелет – обживает отнюдь не последний шкаф,

а телу… осталось безвольно играть в слова.

Глядишь – и покажешься Кем-нибудь сам себе!

А что до реальных шагов, то авось за нас

всё сделают эти бедняги в б/у х/б.

Казалось бы, брось эту мнительность и живи!

Но страх – он мешает отдать нам себе приказ

и… просто отдаться (не делу, так хоть любви).

…Ну что же, давай добивай! изнутри сжирай!

Всё лучше, чем мерять шагами свою нору —

надеясь на то, что реален чужой журавль!

Не рваться вперёд – так хотя б до угла пройтись…

а там – пустота. Ни тумана, ни туч… ни птиц.

Сотворчество

загодя готовит свирель…

Мальчик, у тебя гонорея

(только так лицом не серей).

…Наледи раскрошенной смальта…

Лужицы разбитой финифть…

Пьяная художница марта,

девочка, тебя ли винить!

всех и не упомнишь, кобель:

радуги секретов и смазок, тая, растворяются в массах…

Всё уже забыто, забей.

Нет ещё ни фуксий, ни лилий, —

можно быть невинным пока.

Оттепели всё обнулили

для едва живого ростка.

тут же нисходить до греха:

«Маска, а ведь я тебя знаю!» —

и, безлика, словно река,

девочка встаёт над палитрой,

выдавив раскрашенный фарш…

то ли – искупив его фальшь.

от них и тьма по всей квартире,

и страхи, те, что закоптили

всё ассорти моих оков.

И вот от этого все беды!

…Пытаешься прийти к себе ты,

а на пути опять они…

и зубы в чашке… и поллитра…

Владим-Семёныч славит хрипло

того, который не стрелял.

богини сна («Buenas Noches!»)…

а здесь, в музее одиночеств —

вовсю звенит ночной звонок:

Да, но глядите: бредут, семеня

люди, нагружены… Сцена сия значит, что переезжает семья.

просто опять наступила весна,

плата арендная вдруг возросла…

Ладно, побуду заместо осла: там ещё книги какие-то, шкаф…

Вам помогу я, предлог отыскав:

кто не работает, тот ведь не ест? —

вот и давайте… нести как бы крест.

В дело вдаваться, как этакий мыс

в море… Я долго искал себе смысл:

люди актёры? Понятно, хотят роль поновее и чистый театр:

это весна! – скепсис мудрых ей чужд…

Нужно кому-то нести эту чушь, —

время такое… Давай-ка, мой Сид:

нужно кому-то таскать реквизит!

Крепнет под тяжестью ноши спина:

мощные формы, изящный изгиб…

Всё, что мы делаем, – ради других! —

ибо весна… Время снов и молитв.

Время – кулисы запихивать в лифт.

Прошлое скомкано, сжато в тюках.

Рыбье золото

хлопнули чьи-то и сгинули. Как назлo вам.

…Это какое же быть тут должно безрыбье,

чтобы молчание честно считали Словом!

Ладно, допустим, его вам и вправду дали…

чтобы потом передумать (уж больно жирно:

смысла глубины растрачивать в дикой дали),

…Потенциал-то жив, но

мыслей пучины мерцают напрасно! всуе! —

даже не важно, последний ли писк, бэкап ли.

В царстве ли истины, в сумрачном том лесу ли…

рыбий ли жир мы выдавливаем по капле —

даже не важно… Хватает иным и луж, но…

в целом – никак из себя мы мечту не выбьем.

Это каким же слепым и глухим быть нужно,

чтоб такую толкучку считать безрыбьем!

Принимать ли участие – раз такой вот?!

…Даже молчание – благо на этом фоне:

не увенчают, так хоть под шумок накормят.

Что уж там было, не суть… Элемент игры бы

в это добавить – и, можно считать, не зря всё:

и тишь-да-гладь, и летучие наши рыбы…

Ну значит ты прав. Упрямься.

Она казалась мне старухой, —

ведь был уже тридцатник ей.

и озадачен той разрухой,

что липла к миру, будто клей.

я пал, как мелкая монетка

в почтовый ящик… а она

«попала в жизненный тупик»,

и – развлекалась там одна.

какой-то заходил товарищ

(хотя не клеилось у них)…

считал, что «всё это слова лишь:

вся эта лирика из книг»…

ещё носил тогда хайратник

(ничто в ту пору не ценя

так сильно, как надменный ум,

цинизм ответов аккуратных

и всё, что… мучило меня).

споткнуться вдруг о взгляд лукавый!

(В разрезе светится бельё…)

Но ведь и Сэлинджера взял,

и Саймака с Акутагавой

впервые я – из рук её.

взять хоть бы наш «почтовый ящик»

(в котором я – лишь лаборант)…

так ведь не дали настоящих

испробовать! (А был бы рад.)

Конец ознакомительного фрагмента. Full version

Источник:

www.rumvi.com

Саша Чекалов Давайте веселиться! в городе Тольятти

В нашем каталоге вы можете найти Саша Чекалов Давайте веселиться! по разумной стоимости, сравнить цены, а также посмотреть другие книги в группе товаров Художественная литература. Ознакомиться с параметрами, ценами и рецензиями товара. Доставка выполняется в любой населённый пункт РФ, например: Тольятти, Ульяновск, Омск.