Каталог книг

Паскаль Мысли (о религии)

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Паскаль Мысли (о религии) Паскаль Мысли (о религии) 141 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Блез Паскаль Мысли о религии Блез Паскаль Мысли о религии 0 р. litres.ru В магазин >>
Паскаль Б. Мысли Паскаль Б. Мысли 126 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Паскаль Б. Мысли Паскаль Б. Мысли 592 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Паскаль Б. Мысли Паскаль Б. Мысли 861 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Виссарион Григорьевич Белинский Мысли Паскаля Виссарион Григорьевич Белинский Мысли Паскаля 0 р. litres.ru В магазин >>
Блез Паскаль Блез Паскаль. Мысли. Афоризмы Блез Паскаль Блез Паскаль. Мысли. Афоризмы 157 р. ozon.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Блез Паскаль, Мысли

Паскаль Мысли (о религии)

Каждая заметка была пронумирована, поэтому в этом конспекте после цитат в круглых скобках указывается не страница (!), а порядковый номер заметки согласно изданию:

Б. Паскаль. Мысли/ Пер. с фр. Ю.Гинзбург. - М.: АСТ; Харьков: Фолио, 2003. - 236 с.*

    КОНЦЕПЦИЯ ЧЕЛОВЕКА у Паскаля:

  • Человеческая природа:
    • "Человеческая природа не знает движения по прямой; у нее свои приливы и отливы. То же самое с изобретениями человеческого ума из века в век, и то же самое вообще с благом и злом мира" (27).

    *как видим, Паскаль не был приверженцем идеи о прогрессе человечества (в отличие от последующих поколений французских просветителей)*

    • "Если он превозносит себя, я его принижаю.

    Если он принижает себя, я его превозношу.

    И всегда ему противоречу.

    До тех пор, пока он не постигнет,

    Что он есть непостижимое чудовище" (130).

  • Удел человеческий:
    • удел человеческий: переменчивость, скука, тревога, гордыня, тщеславие, зависимость, жажда независимости, нужда.
    • "Если бы участь наша была действительно счастливой, нам не нужно было бы отвлекаться от мыслей о ней" (70).
    • ". обнаружив корень все наших несчастий, пожелал доискаться до их первопричины, то нашел одну очень важную - сам наш от природы горестный удел; мы слабы, смертны, и так несчастны, что для нас нет утешения ни в чем, если мы задумаемся о нашем уделе всерьез" (136).
    • ". единственное благо людей состоит в развлечении от мыслей о своем уделе; это можеть быть какое-нибудь занятие, сбивающее мысли на другой путь, или какая-либо новая приятная страсть, их заполняющая, или игра, охота, увлекательное зрелище - одним словом, все, что зовется развлечением" (136).

  • Суета и развлечения:
    • взглянув на ужасы человеческой жизни, люди ударились в развлечения. Человек смутно чувствует свое ничтожество, не сознавая его. Поэтому, чтобы не ужасаться самому себе, он целиком отдается страстям и мыслям о будущем. Но отнимите у него развлечение - и вы увидите, что он умирает от тоски. Это большое несчастье - испытывать невыносимую скорбь, как только приходится задуматься о самом себе и ничем от этих мыслей не отвлекаться (36).
    • нам нужна суета, заглушающая мысли о нашем несчастливом уделе и развлекающая нас. Поэтому охота важнее чем добыча. Вот отчего люди так любят шум и движение. Вот отчего тюрьма - такое ужасное наказание, а наслаждение одиночеством - вещь непонятная. Люди готовы на все в поисках треволнений, они ищут кипучих и неотвязных занятий, которые отвратили бы их от мыслей о своем уделе. Вместе с тем, другой инстинкт рождает у них догадку, что истинное счастье только в покое, а не в треволнениях. Из этих двух противоборствующих инстинктов возникает у них смутный замысел, таящийся от них самих в глубинах их душ; он побуждает их стремиться к покою путем тревог и постоянно воображать, будто вожделенное удовлетворение наступит для них, если, преодолев какие-то предполагаемые трудности, они смогут тем самым распахнуть двери покою. И так проходит вся жизнь; люди ищут покоя, борясь с препятствиями, а когда их преодолевают, покой становится для них невыносим из-за скуки, им порождаемой. Нужно вырываться из него и клянчить себе тревог.
    • суета: "Люди заняты тем, что гоняются за мячиком или зайцем: даже короли находят в этом удовольствие"(39). "Какая суетность: мы восхищаемся картиной за то, что на ней похоже изображены такие вещи, которыми мы вовсе не восхищаемся в натуре"(40).

  • Причины наших заблуждений: человек так счастливо устроен, что не имеет ни одного надежного способа пребывать в истине, зато множество отличных способов пребывать во лжи:
    • воображение - это главенствующая способность человека, это госпожа обмана и заблуждения. Кто создает общее мнение, кто внушает уважение и восхищение к людям, сочинениям, законам, знатности, как не эта способность воображения? Все земные сокровища не стоят ничего без ее благоволения. "Я говорю не о глупцах, я говорю о самых разумных; это среди них воображение имеет полную свободу убеждать. Напрасно вопиет разум, не он определяет цену вещам. Разум принужден уступать, и самый мудрый разум принимает для себя те правила, которые дерзко распространило повсюду человеческое воображение. (Тот, кто захочет следовать одному лишь разуму, будет отпетым глупцом.). Никогда разум не побеждает воображение полностью, а обратное происходит всякий день.

    . Воображение не может сделать дураков мудрецами, но оно делает их счастливыми, к зависти разума, который может дать своим друзьям только горе. Предающиеся воображению нравятся самим себе много больше, чем могут себе нравиться благоразумные и осмотрительные" (44).

  • не только давние впечатления могут обманывать нас, но и очарование новизны. Отсюда раздор в наших душах - мы либо упрекаем себя за то, что следуем ложным впечатлениям детства, либо за то, что отчаянно гонимся за новыми. И нет такого самого очевидного правила, которое нельзя было бы представить изначально ложным следствием либо обучения, либо нашего восприятия.
  • болезни - еще один источник заблуждений: они искажают наше суждение и восприятие.
  • наша выгода - чудесное орудие для бескровного самоослепления. Даже честнейшему человеку на свете не дано быть судьей в своем собственном деле.
  • но самая удивительная причина заблуждений человека - война между чувствами и разумом. Человек - не более чем существо, по природе исполненное заблуждений, без благодати не устранимых. Ничто не указывает ему истину. Все его обманывает. Эти два источника истины, разум и чувства, не только ненадежны сами по себе, но еще и обманывают друг друга.
  • Необходимость самопознания:
    • "Нужно знать самого себя. Пусть это не поможет найти истину, но поможет хотя бы правильно устроить свою жизнь, а это самое благое дело" (72).
    • ". человек для самого себя - самый загадочный предмет во всей природе, ибо он не может представить себе, что такое тело, и еще меньше - что такое дух, а менее всего - как тело может соединяться с духом. Вот предел сложности, а между тем это его собственное существо. " (199)
    • "О люди, тщетно ищите вы в самих себе лекарство от ваших бед. Все ваши знания годны лишь на то, чтобы вы поняли: не в вас самих найдете вы истину и благо. нам самим наша природа неведома, и открыть ее нам может один лишь Бог. Главные ваши болезни - это гордыня, отрывающая вас от Бога, и похоть, привязывающая вас к земле. " (149)
    • Величие человека в том, что он осознает свое ничтожество. Он ничтожен, потому что такова его участь; но он велик, потому что это сознает (122). "Величие человека в том, что он сознает себя несчастным; дерево себя несчастным не сознает"(114).

  • Разум:
    • "Человек - всего лишь тростинка, самая слабая в природе, но это тростинка мыслящая" (200). Не в пространстве должен искать человек своего достоинства, не во владении землями, но в правильности мысли. "В пространстве вселенная объемлет и поглощает меня, малую точку; мыслью я ее объемлю" (113).
    • есть 2 крайности: исключить разум, допускать только разум. "Высшее проявление разума - признать, что есть бесконечное множество вещей, его превосходящих. Без такого признания он просто слаб" (188).
    • "Все тела, небосвод, звезды, земля с ее царствами не стоят малейшего из умов. Ибо он знает все это и себя самого, а тела - нет. Все тела и все умы вместе и все из них происходящее не стоят малейшей толики любви. Она принадлежит бесконечно более высокому порядку" (308).
    • что способно сковать разум: дух царственного судии мира зависит от малейшего шороха рядом. "Чтобы спутать его мысли, не надо пушечного выстрела. Достаточно скрипа флюгера или лебедки. Не удивляйтесь, если он сейчас плохо рассуждает: муха жужжит у него над ухом. Этого довольно, чтобы он стал не способен дать добрый совет. Если вы хотите, чтобы он смог отыскать истину, прогоните это создание, которое сковывает его рассудок и смущает могучий разум, правящий городами и царствами" (48). "Могущество мух: они выигрывают сражения, отвлекают наши умы, грызут наши тела" (22).

  • Место человека в мире:
    • "Когда я думаю о кратком сроке своей жизни, поглощаемом вечностью до и после нее - memoria hospitis unius diei praetereuntis (проходит, как память об однодневном госте), - о крошечном пространстве, которое я занимаю, и даже о том, которое вижу перед собой, затерянном в бесконечной протяженности пространств, мне неведомых и не ведающих обо мне, я чувствую страх и удивление, отчего я здесь, а не там. " (68)
    • можно по-разному жить в этом мире, в зависимости от того, какое предположение принять. Паскаль принимает такое: известно наверняка, что мы не будем здесь долго, и неизвестно, пробудем ли еще час. "Между нами и адом или небом - только жизнь, самая хрупкая вещь на свете" (152).
    • Что такое человек для бесконечности? Итак, пусть человек объемлет взором всю природу в ее высоком и совершенном величии: вселенную, небесные светила и т.д. Никакие понятия не могут к ней приблизиться; напрасно мы тужимся послать наши представления за пределы воображаемых пространств, мы порождаем лишь атомы в сравнении с действительностью вещей. Это бесконечная сфера, центр которой везде, окружность - нигде. Самое важное из наглядных проявлений всемогущества Божия в том и состоит, что наше воображение теряется при этой мысли. А теперь, обратившись к себе, пусть человек подумает, что он есть рядом с сущим, пусть взглянет на себя в растерянности и пусть из этой маленькой норки, где он обитает, - я имею в виду вселенную, - он научится назначать цену земле, царствам, городам, домам и самому себе.

    Но чтобы представить себе другое, столь же поразительное чудо, пусть человек поищет среди вещей ему известных самые крошечные. Я хочу показать ему здесь другую бездну: бескрайность природы, которую можно вообразить внутри этого мельчайшего атома. Пусть он увидит там бесконечное множество миров, у каждого из которых есть свой небосвод, свои планеты, своя земля, и на этой земле живые существа. Ведь кто не изумился бы, что наше тело, которое только что не было заметно во вселенной, а она и сама не заметна в лоне всего сущего, теперь стало колоссом, целым миром, вернее, всем по сравнению с той малостью, куда нельзя проникнуть. Кто задумается над этим, тот устрашится самого себя, сознавая себя заключенным в той величине, которую определила ему природа между двумя безднами - бесконечностью и ничтожностью.

    Так что же есть человек в природе? Ничто по сравнению с бесконечностью, все по сравнению с небытием, середина между ничто и все; он бесконечно далек от постижения крайностей; цель и начала вещей скрыты от него непроницаемой тайной. Вот наше истинное положение. Оно делает нас неспособными и знать наверное, ни оставаться в полном неведении. Мы плаваем на обширном пространстве посередине, вечно неуверенные и колеблющиеся. Такое состояние для нас естественно, и однако же оно противнее всего нашим склонностям.

    • религия учит нас, что через человека было все утрачено и разорвана наша связь с Богом и что через человека связь эта восстановлена.
    • Высшее благо: "Все люди ищут счастья. Исключений тут нет, какими бы разными средствами они ни пользовались. Все стремятся к этой цели. Вот что движет всеми поступками всех людей, даже тех, кто собрался вешаться. И однако за такое множество лет никогда ни один человек без веры не достигал той точки, к которой все неизменно стремятся" (141). Не найдя опоры в том, что имеет, человек ищет ее в том, чего у него нет; но ничто не может ее дать, ибо эту бездонную пропасть способен заполнить лишь предмет бесконечный и неизменный, то есть сам Бог. Он один есть истинное благо. И странная вещь - с тех пор, как человек его утратил, не нашлось ничего в природе, что могло бы его возместить.
    • христианоцентризм Паскаля:

    - "Передо мной множество религий, спорящих друг с другом, но одинаково ложных, кроме одной. Каждая желает, чтобы ей верили ради ее могущества, и угрожает неверным. На таких основаниях я им не верю. Это может говорить каждый. Каждый может объявить себя пророком; но я вижу христианство и его исполнение пророчества, что не каждый может сделать" (197).

    - одна лишь христианская религия может исцелить два источника всех человеческих пороков - гордыню и уныние, изгнав их с помощью евангельской простоты. Ибо она учит праведников, что может возносить людей до сопричастности к Божескому естеству, что и в этом возвышенном состоянии они носят в себе источник всякой испорченности, который делает их на всю жизнь подвластными заблуждениям, невзгодам, смерти, греху; и она кричит последним нечестивцам, что они способны принять благодать Искупителя.

  • "Удивительная вещь христианство: оно требует от человека признать свою низость и даже мерзость - и требует от него желания уподобиться Богу. Без такого противовеса это вознесение духа делало бы его нестерпимо тщеславным, а это уничижение внушало бы нестерпимое презрение к себе" (351).
  • Свидетельства истинности религии:
    1. требование любви к своему Богу;
    2. она должна постичь человеческую природу, его похоть и бессилие;
    3. она должна указать и лекарства от этих пороков;
    Только христианская религия удовлетворяет всем этим условиям, она подходит всем, ибо в ней соединены внешнее и внутреннее. Она возвышает простых людей до внутреннего и склоняет гордецов до внешнего. Нет учения, более сообразного человеку, чем это, которое открывает его двойную способность - принимать благодать и утрачивать ее из-за двойной опасности, постоянно преслеждующей человека: отчаяния и гордыни.
    • сложно судить о картине, если смотреть на нее со слишком близкого или слишком далекого расстояния. Лишь единственная маленькая точка и есть нужное место. В искусстве живописи эта точка определяется перспективой, но кто ее определит для истины и морали? (21)
    • польза этики и тщета естественных наук: "В минуты скорби знание вещей внешних не сможет меня утешить в незнании морали, но знание нравов всегда утешит меня в невежестве относительно наук о внешнем мире" (23).
    • все достоинство человека заключено в мысли. "Вот в чем наше величие, а не в пространстве и времени, которых мы не можем заполнить. Постараемся же мыслить как должно: вот основание морали" (200).

    • интеллектуальная внушаемость: мы можем быть совершено уверены, что голова у нас не болит, но не столь уверены, что приняли правильное решение. Ведь мы можем быть уверены только в том, что видим совершенно ясно, а если другой совершенно ясно видит противоположное, мы впадаем в замешательство и смущение. Тем более, когда тысяча других людей смеется над нашим выбором: тогда надо предпочесть наше суждение множеству других. А это рискованно и трудно. Человек так устроен, что если сказать ему: ты глупец, он поверит. И если он сам себе это скажет, то заставит себя поверить, ибо человек ведет с самим собой внутреннюю беседу, и важно верно ее направлять. Нужно хранить молчание, насколько возможно, и разговаривать лишь с Богом, который и есть истина; тогда сумеешь самому себе ее внушить.
    • познание: "Мы познаем истину не только разумом, но и сердцем". Именно сердцем мы познаем начальные понятия - пространства, времени, движения, числа; на эти знания, добытые сердцем и инстинктом, и должен опираться разум и основывать на них все свои рассуждения. "Мы сердцем знаем, что у пространства три измерения, что числа бесконечны, а уж потом разум нам доказывает, что нет двух таких квадратных чисел, из которых одно было бы вдвое больше другого. Начальные понятия познаются чувством, теоремы доказываются умозаключением; и в том, и в другом знании мы можем быть уверены, хотя достигаются они разными путями. " (110)
    • знать обо все понемногу: поскольку нельзя достичь универсальности, познав все, что можно знать обо всем, нужно знать обо все понемногу; лучше знать что-то обо всем, чем знать все о чем-то.

    • на чем основывать устройство общества? Если на прихоти каждого человека - будет полный беспорядок. На справедливости? Если бы знать, в чем она состоит, то не надо было бы поддерживать самую распространенную среди людей максиму о том, что каждый следует нравам своей страны. Сияние подлинной и одинаковой для всех правды покорило бы все народы. "Она пребывала бы во всех государствах на свете и во все времена, а не так, как мы видим, что справедливость и несправедливость меняются с переменой климата, три градуса широты переворачивают всю юриспруденцию, истина зависит от меридиана. Хороша справедливость, которой речка кладет предел. Истина по сю сторону Пиренеев, заблуждение по другую" (60).
    • можно было бы признать, что источник справедливости - не в обычаях, но в естественных законах, общих всем странам, если б безрассудный случай, сеющий законы по свету, нашел хоть один всеобщий закон. Но ирония в том, что прихоти человеческие слишком разнятся между собой, и такого всеобщего закона нет.
    • ". один говорит, будто источник справедливости - в авторитете законодателя, другой - в желании государя, третий - в существующих обычаях, и это вернее всего. Ничто не бывает справедливо само по себе, повинуясь одному лишь разуму; все колеблется вместе со временем. Обычай - вот и вся справедливость, по той единственной причине, что он в нас укоренился. Тут мистическое основание его власти. Кто станет докапываться до его истоков, его уничтожит" (60).
    • Паскаль критикует идею общественного переустройства в соответствии с законами разума: "Искусство фрондировать и сотрясать государство состоит в умении подрывать установившиеся обычаи, доискиваясь до их истоков и показывая, сколь мало в них основательностии справедливости. Говорят, надо обращаться к изначальным, первейшим законам государства, которые ложный обычай отменил. Это верное средство все разрушить. Однако народ легко поддается таким речам, он сбрасывает ярмо, как только его распознает, а властители этим пользуются ему на гибель и на гибель нашим любознательным исследователям древних обычаев. Вот почему мудрейший из наших законодателей говорил, что для блага людей их зачастую следует обманывать. Не нужно, чтобы он [т.е. народ] знал правду о самозванстве власти; когда-то она установилась незаконно, теперь она стала законной. Нужно представлять ее подлинной и вечной и скрывать ее происхождение, если не хочешь, чтобы ей вскорости пришел конец" (101).
    • величайшее из зол - гражданские войны. Установление мира есть высшее благо и ради него мы представляем справедливым повиноваться силе. Поэтому несправедлива Фронда, которая во имя своей мнимой справедливости восстает против силы.

    Источник:

    studentdream.narod.ru

    Паскаль Блез

    Паскаль Мысли (о религии)

    Первый математический трактат П. «Опыт теории конических сечений» (1639, издан 1640) являлся развитием трудов Ж. Дезарга, содержал одну из основных теорем проективной геометрии - Паскаля теорему. В 1641 (по другим сведениям, в 1642) П. сконструировал суммирующую машину. К 1654 закончил ряд работ по арифметике, теории чисел, алгебре и теории вероятностей (опубликованных в 1665). Круг математических интересов П. был весьма разнообразен. П. нашел общий алгоритм для нахождения признаков делимости любого целого числа на любое другое целое число (трактат «О характере делимости чисел»), способ вычисления биномиальных коэффициентов (см. Арифметический треугольник), сформулировал ряд основных положений элементарной теории вероятностей («Трактат об арифметическом треугольнике», опубликованный в 1665, и переписка с П. Ферма). В этих работах П. впервые точно определил и применил для доказательства метод математической индукции. Труды П., содержащие изложенный в геометрической форме интегральный метод решения ряда задач на вычисление площадей фигур, объемов и площадей поверхностей тел, а также др. задач, связанных с циклоидой, явились существенным шагом в развитии анализа бесконечно малых. Теорема П. о характеристическом треугольнике послужила одним из источников для создания Г. Лейбницем дифференциального и интегрального исчисления.

    Вместе с Г. Галилеем и С. Стевином П. считается основоположником классической гидростатики: он установил ее основной закон (см. Паскаля закон), принцип действия гидравлического пресса, указал на общность основных законов равновесия жидкостей и газов. Опыт, проведенный под руководством П. (1648), подтвердил предположение Э. Торричелли о существовании атмосферного давления.

    По материалам 2-го издания БСЭ.

    Работа П. над проблематикой точных наук в основном относится к 1640-1650-м гг. Разочаровавшись в «отвлеченности» этих наук, П. обращается к религиозным интересам и философской антропологии. Сблизившись с представителями янсенизма, он с 1655 ведет полумонашеский образ жизни в янсенистской обители Пор-Руаяль-де-Шан, вступив в энергичную полемику по вопросам религиозной этики с иезуитами; плодом этой полемики стали «Письма к провинциалу» (1657) - шедевр французской сатирической прозы. В центре занятий П. в последние годы жизни - попытка «оправдания» христианства средствами философской антропологии. Этот труд не был закончен; афористические наброски к нему после смерти П. в «исправленном» виде вышли в свет под заглавием «Мысли г. Паскаля о религии и о некоторых других предметах» (1669). Только текстологическая работа 19-20 вв. восстанавливает подлинный текст «Мыслей».

    Место П. в истории философии определяется тем, что это первый мыслитель, который прошел через опыт механистического рационализма 17 в. и со всей остротой поставил вопрос о границах «научности», указывая при этом на «доводы сердца», отличные от «доводов разума», и тем предвосхищая последующую иррационалистическую тенденцию в философии (Ф.Г. Якоби, романтизм и т.д., вплоть до представителей экзистенциализма). Выведя основные идеи христианства из традиционного синтеза с космологией и метафизикой аристотелевского или неоплатонического типа, а также с политической идеологией монархизма (так называемый «союз трона и алтаря»), П. отказывается строить искусственно гармонизированный теологический образ мира; его ощущение космоса выражено в словах: «это вечное молчание безграничных пространств ужасает меня». П. исходит из образа человека, воспринятого динамически («состояние человека - непостоянство, тоска, беспокойство»), и не устает говорить о трагичности и хрупкости человека и одновременно о его достоинстве, состоящем в акте мышления (человек - «мыслящий тростник», «в пространстве вселенная объемлет и поглощает меня, как точку; в мысли я объемлю ее»). Сосредоточенность П. на антропологической проблематике предвосхищает понимание христианской традиции у С. Кьеркегора и Ф.М. Достоевского.

    П. сыграл значительную роль в формировании французской классической прозы; его влияние испытали Ф. Ларошфуко и Ж. Лабрюйер, М. Севинье и М. Лафайе.

    • Паскаль Б. Мысли. (Pensees) [Djv- 4.5M] Перевод с французского Юлии Гинзбург. Вступительная статья и комментарии Ю.А. Гинзбург. Разработка оформления серии С. Семенова. Оформление П. Бородина и А. Поляковой.

    (Москва: Издательство имени Сабашниковых, 1995. - Памятники мировой литературы)

    Скан, обработка, формат Djv: mor, 2012

    • СОДЕРЖАНИЕ:

    Юлия Гинзбург. Мысли, о главном (5).

    Жизнь господина Паскаля, написанная госпожой Перье, его сестрой, супругой господина Перье, советника палаты сборов в Клермоне (38).

    Заметки о жизни господина Паскаля, написанные мадемуазель Маргаритой Перье, его племянницей (69).

    Беседа с господином де Саси (375).

    Сравнение первых христиан с нынешними (387).

    Молитва, чтобы Бог дал мне употребить болезни во благо (391).

    Три беседы о положении сильных мира сего (398).

    • Паскаль Б. Мысли о религии. [Pdf- 1.8M] Перевод с французского С. Долгова.

    (Москва: Типография И.Д. Сытина и Ко, 1892)

    Предоставил формат: Сергей Четвериков, 2012

    • СОДЕРЖАНИЕ:

    Статья I. Общее понятие о человеке

    Статья II. Величие человека

    Статья III. Суетность человека, воображение, самолюбие

    Статья IV. Слабость человека, непрочность его естественных познаний

    Статья V. Жалкое состояние человека

    Статья VI. Удивительные противоположности, встречающиеся в природе человека в отношении истины, счастья и многих других вещей

    Статья VII. Против равнодушия атеистов

    Статья VIII. Разумнее верить, чем не верить в то, чему учит христианская религия

    Статья IX. Признаки истинной религии

    Статья X. Истинная религия доказывается заключающимися в человеке противоположностями и первородным грехом

    Статья XI. Подчинение и власть разума

    Статья XII. Изображение человека, который, испытав тщетность усилий обрести Бога одним разумом, начал читать Писание

    Статья XIII. О евреях

    Статья XIV. О прообразах; прообразный характер древнего закона

    Статья XV. Об Иисусе Христе

    Статья XVI. Свидетельства об Иисусе Христе пророков

    Статья XVII. Различные свидетельства об Иисусе Христе

    Статья XVIII. Для чего Бог, скрываясь от одних, обнаруживает Себя другим

    Статья XIX. Ветхий и Новый Заветы в существе одна религия

    Статья XX. Истинное, благотворное познание Бога достижимо только через Иисуса Христа

    Статья XXI. Мысли о чудесах

    Статья XXII. Различные мысли о религии

    Статья XXIII. Размышления о Тайне Христовой

    Источник:

    publ.lib.ru

    Паскаль Мысли (о религии) в городе Ульяновск

    В нашем каталоге вы имеете возможность найти Паскаль Мысли (о религии) по разумной цене, сравнить цены, а также изучить другие предложения в категории Наука и образование. Ознакомиться с параметрами, ценами и обзорами товара. Транспортировка выполняется в любой город России, например: Ульяновск, Воронеж, Владивосток.