Каталог книг

Диковский, Сергей Владимирович Конец Саго-мару

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Нет покоя на самой восточной границе Советского Союза. То и дело пытаются тайно пересечь ее диверсанты, контрабандисты, вражеские агенты... Да и японцы стремятся проверить крепость рубежей северного соседа . Но на пути у нарушителей встают вчерашние колхозники и рабочие, а ныне - советские пограничники. Произведения одного из основоположников отечественной военно-приключенческой литературы, давно признанные классикой.

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Диковский С. Конец Диковский С. Конец "Саго-Мару" 202 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Сергей Диковский Конец «Саго-Мару» (сборник) Сергей Диковский Конец «Саго-Мару» (сборник) 149 р. litres.ru В магазин >>
Сборник Классика русского рассказа № 17 Сборник Классика русского рассказа № 17 194 р. litres.ru В магазин >>
Михалков Сергей Владимирович Сон с продолжением Михалков Сергей Владимирович Сон с продолжением 119 р. ozon.ru В магазин >>
Михалков Сергей Владимирович Дядя Стёпа Михалков Сергей Владимирович Дядя Стёпа 191 р. ozon.ru В магазин >>
Сергей Лукьяненко Конец легенды Сергей Лукьяненко Конец легенды 29.95 р. litres.ru В магазин >>
Дорофеев Георгий Владимирович; Седова Елена Александровн; Шестаков Сергей Алексеевич; Пчелинцев Серг ЕГЭ-2019. Математика. Профильный уровень Дорофеев Георгий Владимирович; Седова Елена Александровн; Шестаков Сергей Алексеевич; Пчелинцев Серг ЕГЭ-2019. Математика. Профильный уровень 117 р. ozon.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Читать онлайн Конец Саго-мару автора Диковский Сергей Владимирович - RuLit - Страница 1

Читать онлайн "Конец 'Саго-мару'" автора Диковский Сергей Владимирович - RuLit - Страница 1

Я расскажу вам эту историю с одним только условием: разыщите в Ленинграде нашего моториста Сачкова. Сделать это нетрудно и без адресного стола.

Он живет в доме номер шесть, у Елагина моста. Если запомнить приметы, вы узнаете парня даже небритым.

Рост его сто семьдесят два - ниже меня примерно на голову. Глаза обыкновенные, волосы тоже. Грудь сильно шерстистая, а на плече, по старой флотской моде, выколот голубой якорек. В оркестре он первая домра, на футбольной площадке всегда левый хавбек.

Как только найдете, передайте Сачкову, что "Саго-Мару" не видно даже во время отлива. В прошлом году из воды еще торчала корма, а месяц назад, когда мы проходили мимо Бурунного мыса, на косе сидели только чайки. Так всегда бывает в этих местах: что не съест море - проглотит песок.

В 1934 году вместе с Сачковым мы служили на сторожевом катере "Смелый". Сачков - мотористом, я - рулевым. Славное было суденышко, короткое, толстобокое, точно грецкий орех, крашенное от топа до ватерлинии светлой шаровой краской, как и подобает пограничному кораблю. Весело было смотреть (разумеется, с берега), когда море играло с катером в чехарду, а "Смелый" шел вразвалочку, поплевывая и отряхиваясь от наседавшей волны. Не раз мы обходили на нем Камчатское побережье и знали каждый камень от Олюторки до Лопатки.

По совести говоря, "Смелый" доживал в отряде последние годы. Он был достаточно остойчив и крепок, чтобы выйти в море в любую погоду, но слишком нетороплив, чтобы использовать эти качества при встрече с противником.

Там, где успех операции зависел только от скорости, на "Смелый" трудно было рассчитывать. Так думали все, кроме Сачкова. Это понятно. Сидя в машинном отделении, никогда не увидишь, что делается наверху. Кроме того, Сачков был упрям и обидчив. Стоило только за обедом заметить, что "Соболь" или "Кижуч" ходят быстрее, чем "Смелый", как наш механик мрачнел и откладывал ложку.

- А вы научитесь сначала отличать примус от дизеля, - советовал он обидчику, - вот тогда сядьте на "Соболя" и попробуйте меня обогнать.

Никаких возражений он не терпел и все, что говорилось о старом движке, принимал на свой счет. "Нет в море катера, кроме "Смелого", и Сачков механик его", - говорили про нас остряки.

У этого тощего остроносого парня была еще одна странность: он любил математику. Подсчитать, когда поезд обгонит улитку или во сколько минут можно наполнить бочку без днища, было для него пустяком.

Квадратные корни наш моторист извлекал быстрее, чем ротный фельдшер рвет зубы. Этому, конечно, трудно поверить, но я видел сам, как Сачков, получив увольнительный билет, шел в городской парк, ложился на траву и начинал щелкать задачи, точно кедровые орехи. При этом он улыбался и чмокал губами, как будто пробовал действительно что-нибудь путное.

Дошло до того, что Сачков стал решать задачи по ночам, зажигая под одеялом фонарь. Однажды он принес в кубрик и повесил рядом с портретом наркома какого-то бородатого грека, с пустыми глазами и бородой, закрученной не хуже мерлушки. Когда я указал ему на неуместность соседства, он махнул рукой и сказал:

- Не валяйте дурака, Олещук. Что вы, Пифагора, что ли, не видели?

В то время мы еще не знали, что Сачков готовится в вуз, и сильно удивлялись чудачествам моториста.

Понятно, что математические успехи Сачкова никакого отношения к работе катера не имели. Если нам удавалось взять на буксир японскую хищную шхуну, облопавшуюся рыбой, точно треска, то зависело это вовсе не от умения моториста решать уравнения. С каждым походом мы все больше и больше ощущали медлительность нашего катера.

В тот год мы охраняли трехмильную зону на западном побережье, куда особенно любят заглядывать японские хищники-рыболовы. Море там невеселое, мутное, но урожайное, как нигде в мире.

Были здесь киты-полосатики, метровые крабы, кашалоты с рыбьими хвостами и мордами бегемота, камбалы величиной с колесо, тающая на солнце жирная сельдь, пятнистый минтай, пузатая треска, корюшка, пахнущая на воздухе огурцами, морские ежи, рыба-черт, каракатицы, осьминоги, морские львы, ревущие на скалах у мыса Шипунского, бобры, котики, нерпы - словом, все, что дышит, ныряет, плавает, ползает в соленой воде.

Я не назвал красную рыбу и ее родичей - кету, горбушу и чавычу, но лососи - особый разговор. Рыба эта мечет икру только раз в жизни и обязательно в той реке, где нерестились ее предки. Каждый год, начиная с середины июля, лососи валом идут в пресную воду. Если река обмелеет, они будут ползти, если дорогу закроет коряжина или камень, они будут скакать.

В это время Камчатка теряет покой. Все, кто может отличить камбалу от кеты, надевают резиновые сапоги и лезут в воду навстречу лососю. В устьях рек появляются нерпы, отощавшие медведи выходят к ручьям, ездовые собаки, чуя запах свежей юколы [вяленая рыба], скулят и рвут привязи.

По ночам на берегу и в море горят огни. Рыба рвет сети, топит кунгасы. Вода в реках кипит. Ловцы, засольщики, резчики, курибаны [приемщики лодок] ходят облепленные чешуей, усталые, мокрые и веселые.

Оживают и хищники. Японские промышленники похожи на треску: чем больше рыбы, тем шире разевают они пасти. Я не пророк, но знаю твердо: когда-нибудь рыбий хвост станет им поперек горла.

"Железные китайцы" [автоматы для резки и потрошения рыбы] на консервных заводах жуют лососей круглые сутки, японские сезонники на арендных участках не вылезают из моря, пройдохи синдо ставят в неводах двойные открылки [часть сетей]. Но этого мало. Господа из Хоккайдо посылают к Камчатке москитный флот, вооруженный переметами и сетями. Неуклюжие, но добротные кавасаки, вместительные сейнера, быстроходные шхуны, древние посудины с резными бушпритами, сверстники фрегата "Паллада", - сотни прожорливых хищников слетаются сюда, точно мухи на кухню. Самые мелкие идут с островов Курильской гряды - без компаса и без карт, с мешком сорного риса и бочкой тухлой редьки, напарываются на рифы, платят штрафы и все-таки пытаются воровать.

Их тактика труслива и нахальна. Если пограничный корабль поблизости, хищники держатся за пределами трехмильной зоны; здесь они ждут, чинят сети, вяжут фуфайки или прохаживаются по палубе с таким видом, как будто не могут налюбоваться камчатскими сопками.

Стоит только отвернуться, как эта орава устремляется к берегу и с непостижимым проворством хватает рыбу за жабры.

Многие из хищников были хорошо нам знакомы. Любой из нашей команды мог за три мили узнать кавасаки "НГ-43" или двухмоторный катер "Хаян", всегда таскавший за собой целую флотилию лодок. Особенно много крови испортила нам шхуна "Саго-Мару". Это было суденышко тонн на семьдесят, с крепким корпусом и хорошими обводами. В свежую погоду оно свободно давало миль десять - двенадцать, ровно столько, чтобы вовремя уйти в безопасную зону.

Вероятно, "Саго-Мару" имела базу поблизости, на острове Шимушу, потому что появлялась она с удивительным постоянством, каждый раз вблизи Бурунного мыса, где стоит японский консервный завод.

Намытая рекой песчаная отмель и мыс Бурунный образуют здесь неглубокий залив, в котором всегда плещется рыба. Трудно сказать, что привлекает ее в эту мутную воду, но в июле залив напоминает чан для засола сельдей.

Рыба проникает сюда в часы прилива через отмель и после отлива попадает как бы в мешок. В поисках выхода она устремляется через узкий проход вдоль мыса Бурунного. Вот тут-то она натыкается на переметы или сети, украдкой расставленные японскими хищниками.

Рыбаки, преследующие треску и лосося в этом заливе, рискуют не меньше, чем рыба. Шхуна с осадкой семь футов может выйти отсюда, только держась в проходе параллельно мысу Бурунному. Однако это обстоятельство нисколько не смущало наших знакомых.

Источник:

www.rulit.me

Конец «Саго-Мару» (сборник) - скачать книгу автора Диковский Сергей Владимирович fb2 бесплатно без регистрации или читать книгу онлайн

«Конец «Саго-Мару» (сборник)» (Диковский С.) - скачать книгу бесплатно без регистрации

Поделиться ссылкой на книгу!

Нет покоя на самой восточной границе Советского Союза. То и дело пытаются тайно пересечь ее диверсанты, контрабандисты, вражеские агенты… Да и японцы стремятся проверить крепость рубежей «северного соседа». Но на пути у нарушителей встают вчерашние колхозники и рабочие, а ныне – советские пограничники. Произведения одного из основоположников отечественной военно-приключенческой литературы, давно признанные классикой.

Правообладателям! Представленный фрагмент книги размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает Ваши или чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Самый Свежачок! Книжные поступления за сегодня

Трагическое исчезновение… После душераздирающего сверхъестественного противостояния на берегах Эксмута, штат Массачусетс, специальный агент А.К.Л. Пендергаст пропал без вести, и все считают его погибшим.

Шокирующее возвращение… Снедаемая горем, подопечная Пендергаста - Констанс находит убежище в своих покоях в подвале особняка на Риверсайд-драйв, 891, где вскоре становится пленницей некоей призрачной фигуры из прошлого.

Международная погоня… Проктор – преданный телохранитель Пендергаста – выходит на охоту, преследуя похитителя Констанс: пересекая города, преодолевая океаны и мертвые земли. Но в мире черно-белых красок все не то, чем кажется на первый взгляд. И к тому моменту, когда Проктор распознает истину, ужасающий механизм будет приведен в действие – но, возможно, для кого-то будет уже слишком поздно…

  • Фантастическая повесть «Брешь» о добре и зле, о душе и бездушии, о вечной надежде на лучшее. В ней повествуется о судьбе молодого пилота звездолета, оказавшегося в водовороте роковых событий галактического масштаба.

  • В учебнике дается синхронизированное изложение зарубежной и отечественной истории с древнейших времен до наших дней. Освещаются основные этапы, важнейшие события и явления истории человечества, раскрываются механизмы становления современной цивилизации. На фоне общих исторических закономерностей показаны особенности развития России. Учебник предназначен студентам средних профессиональных учебных заведений. Он соответствует обязательному минимуму содержания исторического образования и государственному стандарту, дает возможность получить прочные знания по курсу всемирной истории.

  • Мир изменился. Великие Семьи больше не правят. Королеву Никс лишили статуса и приговорили к заключению. Лига городов пытается защитить небольшие племена. Не без последствий. Еще одна Великая семья была уничтожена. Новые лидеры возрождаются из пепла, появляются новые угрозы, которых никто еще не видел. И это пряталось под поверхностью их общества поколениями. Рожденные небом. И когда они поймут, как сильно их влияние, они поймут и то, что война, в которую они играли… была не той, что шла на самом деле.

  • Сказка для детей младшего школьного возраста о том, как Минутка потеряла Секундочку и как из-за этого нарушился порядок в удивительном Замке Времени.

    Художник Владимир Валериевич Перцов.

  • Книга повествует о жизни и творческом пути поэта Арсения Тарковского (1907—1989).

    Его биография — это жизнь нашей страны. Даже в самые мрачные, безнадежные годы он оставался самим собой, не переставая писать совершенные по форме стихи-размышления о смысле бытия, о месте человека во вселенной, о любви, о войне, о детстве… «Если не признать роли поэта как участника жизнетворения, то нельзя понять сущности поэзии», — писал поэт. На основании уникальных, во многих случаях ранее не опубликованных материалов книга рассказывает о трудной и прекрасной судьбе поэта, о его творчестве, личных драмах, разочарованиях и надеждах.

    Набор «Неделька» -- топ новинок -- лидеров за неделю!

    Трудно быть нежитью в мире живых, но ещё сложнее быть живой в мире нежити. И, да, второе – это про меня. Меня зовут – Вита, жизнь, и я – попаданка! Эта история о любви, которая сильнее всего, даже смерти. Я – Вита, выживу среди монстров и буду Счастлива!

  • Мужской и женский взгляд на настоящую любовь между 36 летним мужчиной и 20 летней девушкой Хотели разницу в возрасте?:) Это ещё не все. Главные герои "Скандального романа" - Алекс ДЖордан и Лана МейсонКазалось бы эти двое никогда не должны были встретиться. Алекс - популярный автор и сценарист, за плечами которого ни один успешный проект и мировая слава. Лана - обычная студентка Колумбийского университета, которая только делает первые шаги на писательском поприще Один взгляд. Случайное столкновение. События, которых невозможно было избежать, привели их необычному для себя обоих эксперименту - соавторству между преподавателем и его прилежной ученицей И это эксперимент приводит. к Скандальному роману, на фоне поражающего воображение Рождественского Нью-Йорка Почувствуй Новогоднюю атмосферу.

  • Кто-то, сидя за книжками, с детства грезил о сражениях и подвигах… Кто-то бессонными ночами хотел сделать великое открытие и стать Нобелевским лауреатом… Кто-то, лежа на солдатской койке после отбоя, мечтал стать генералом… Если ты долго смотришь в бездну, бездна тоже смотрит в тебя, – так говорил Ницше. И если шутить со Временем, то и Время может подшутить над тобой… Их мечты сбылись. В другом месте и в другое время. Но есть одно «но» – идет Война… Неизвестная, о которой мало говорили и еще меньше вспоминали… Первая… Мировая… Мясорубка… И неважно, как в данный момент Времени называется Страна, которой ты присягал. Ты будешь ее защищать от врагов. И внешних, и внутренних…

  • К лучшему вору в городе обращаются с заказом выкрасть принцессу. И он соглашается. Но не все пошло так, как предполагалось. А чем все закончилось, узнаете, прочитав до конца. Предупреждение: герои "белые и пушистые". Кому такие не нравятся, можете не читать.

  • Наш современник, провалившийся в прошлое за несколько лет до Смутного времени, вынужден занять престол Русского царства – ведь после смерти Бориса Годунова место вакантно, а местные жители дружно принимают его за сына Ивана Грозного. Но мало занять трон, нужно на нем удержаться! В этом Дмитрию Ивановичу помогают преданные легионеры из созданной им армии «Нового строя» и верная жена – Марина Мнишек.

    Реформы, ведущие к кардинальному преобразованию страны, наталкиваются на сильное противодействие, как внешнее, так и внутреннее. Но молодому царю не привыкать к трудностям! Штыками и картечью он проложит путь в светлое будущее для своего народа! Лжедмитрий? Да. Но это совсем другой Лжедмитрий…

    Что бы ещё мне почитать. Подготовка к скачиванию!

    Не закрывайте это окно, большие книги могут долго формироваться.

    Источник:

    nemaloknig.info

  • Конец - Саго-мару - читать онлайн, Диковский Сергей Владимирович

    Читать онлайн «Конец "Саго-мару"»

    В издание советского писателя Сергея Диковского (1907-1940) включены повесть "Патриоты", рассказывающая о мужестве и героизме пограничников Дальнего Востока, о тревожных буднях заставы, и некоторые рассказы.

    Я расскажу вам эту историю с одним только условием: разыщите в Ленинграде нашего моториста Сачкова. Сделать это нетрудно и без адресного стола.

    Он живет в доме номер шесть, у Елагина моста. Если запомнить приметы, вы узнаете парня даже небритым.

    Рост его сто семьдесят два - ниже меня примерно на голову. Глаза обыкновенные, волосы тоже. Грудь сильно шерстистая, а на плече, по старой флотской моде, выколот голубой якорек. В оркестре он первая домра, на футбольной площадке всегда левый хавбек.

    Как только найдете, передайте Сачкову, что "Саго-Мару" не видно даже во время отлива. В прошлом году из воды еще торчала корма, а месяц назад, когда мы проходили мимо Бурунного мыса, на косе сидели только чайки. Так всегда бывает в этих местах: что не съест море - проглотит песок.

    В 1934 году вместе с Сачковым мы служили на сторожевом катере "Смелый". Сачков - мотористом, я - рулевым. Славное было суденышко, короткое, толстобокое, точно грецкий орех, крашенное от топа до ватерлинии светлой шаровой краской, как и подобает пограничному кораблю. Весело было смотреть (разумеется, с берега), когда море играло с катером в чехарду, а "Смелый" шел вразвалочку, поплевывая и отряхиваясь от наседавшей волны. Не раз мы обходили на нем Камчатское побережье и знали каждый камень от Олюторки до Лопатки.

    По совести говоря, "Смелый" доживал в отряде последние годы. Он был достаточно остойчив и крепок, чтобы выйти в море в любую погоду, но слишком нетороплив, чтобы использовать эти качества при встрече с противником.

    Там, где успех операции зависел только от скорости, на "Смелый" трудно было рассчитывать. Так думали все, кроме Сачкова. Это понятно. Сидя в машинном отделении, никогда не увидишь, что делается наверху. Кроме того, Сачков был упрям и обидчив. Стоило только за обедом заметить, что "Соболь" или "Кижуч" ходят быстрее, чем "Смелый", как наш механик мрачнел и откладывал ложку.

    - А вы научитесь сначала отличать примус от дизеля, - советовал он обидчику, - вот тогда сядьте на "Соболя" и попробуйте меня обогнать.

    Никаких возражений он не терпел и все, что говорилось о старом движке, принимал на свой счет. "Нет в море катера, кроме "Смелого", и Сачков механик его", - говорили про нас остряки.

    У этого тощего остроносого парня была еще одна странность: он любил математику. Подсчитать, когда поезд обгонит улитку или во сколько минут можно наполнить бочку без днища, было для него пустяком.

    Квадратные корни наш моторист извлекал быстрее, чем ротный фельдшер рвет зубы. Этому, конечно, трудно поверить, но я видел сам, как Сачков, получив увольнительный билет, шел в городской парк, ложился на траву и начинал щелкать задачи, точно кедровые орехи. При этом он улыбался и чмокал губами, как будто пробовал действительно что-нибудь путное.

    Дошло до того, что Сачков стал решать задачи по ночам, зажигая под одеялом фонарь. Однажды он принес в кубрик и повесил рядом с портретом наркома какого-то бородатого грека, с пустыми глазами и бородой, закрученной не хуже мерлушки. Когда я указал ему на неуместность соседства, он махнул рукой и сказал:

    - Не валяйте дурака, Олещук. Что вы, Пифагора, что ли, не видели?

    В то время мы еще не знали, что Сачков готовится в вуз, и сильно удивлялись чудачествам моториста.

    Понятно, что математические успехи Сачкова никакого отношения к работе катера не имели. Если нам удавалось взять на буксир японскую хищную шхуну, облопавшуюся рыбой, точно треска, то зависело это вовсе не от умения моториста решать уравнения. С каждым походом мы все больше и больше ощущали медлительность нашего катера.

    В тот год мы охраняли трехмильную зону на западном побережье, куда особенно любят заглядывать японские хищники-рыболовы. Море там невеселое, мутное, но урожайное, как нигде в мире.

    Были здесь киты-полосатики, метровые крабы, кашалоты с рыбьими хвостами и мордами бегемота, камбалы величиной с колесо, тающая на солнце жирная сельдь, пятнистый минтай, пузатая треска, корюшка, пахнущая на воздухе огурцами, морские ежи, рыба-черт, каракатицы, осьминоги, морские львы, ревущие на скалах у мыса Шипунского, бобры, котики, нерпы - словом, все, что дышит, ныряет, плавает, ползает в соленой воде.

    Я не назвал красную рыбу и ее родичей - кету, горбушу и чавычу, но лососи - особый разговор. Рыба эта мечет икру только раз в жизни и обязательно в той реке, где нерестились ее предки. Каждый год, начиная с середины июля, лососи валом идут в пресную воду. Если река обмелеет, они будут ползти, если дорогу закроет коряжина или камень, они будут скакать.

    В это время Камчатка теряет покой. Все, кто может отличить камбалу от кеты, надевают резиновые сапоги и лезут в воду навстречу лососю. В устьях рек появляются нерпы, отощавшие медведи выходят к ручьям, ездовые собаки, чуя запах свежей юколы [вяленая рыба], скулят и рвут привязи.

    По ночам на берегу и в море горят огни. Рыба рвет сети, топит кунгасы. Вода в реках кипит. Ловцы, засольщики, резчики, курибаны [приемщики лодок] ходят облепленные чешуей, усталые, мокрые и веселые.

    Оживают и хищники. Японские промышленники похожи на треску: чем больше рыбы, тем шире разевают они пасти. Я не пророк, но знаю твердо: когда-нибудь рыбий хвост станет им поперек горла.

    "Железные китайцы" [автоматы для резки и потрошения рыбы] на консервных заводах жуют лососей круглые сутки, японские сезонники на арендных участках не вылезают из моря, пройдохи синдо ставят в неводах двойные открылки [часть сетей]. Но этого мало. Господа из Хоккайдо посылают к Камчатке москитный флот, вооруженный переметами и сетями. Неуклюжие, но добротные кавасаки, вместительные сейнера, быстроходные шхуны, древние посудины с резными бушпритами, сверстники фрегата "Паллада", - сотни прожорливых хищников слетаются сюда, точно мухи на кухню. Самые мелкие идут с островов Курильской гряды - без компаса и без карт, с мешком сорного риса и бочкой тухлой редьки, напарываются на рифы, платят штрафы и все-таки пытаются воровать.

    Их тактика труслива и нахальна. Если пограничный корабль поблизости, хищники держатся за пределами трехмильной зоны; здесь они ждут, чинят сети, вяжут фуфайки или прохаживаются по палубе с таким видом, как будто не могут налюбоваться камчатскими сопками.

    Стоит только отвернуться, как эта орава устремляется к берегу и с непостижимым проворством хватает рыбу за жабры.

    Многие из хищников были хорошо нам знакомы. Любой из нашей команды мог за три мили узнать кавасаки "НГ-43" или двухмоторный катер "Хаян", всегда таскавший за собой целую флотилию лодок. Особенно много крови испортила нам шхуна "Саго-Мару". Это было суденышко тонн на семьдесят, с крепким корпусом и хорошими обводами. В свежую погоду оно свободно давало миль десять - двенадцать, ровно столько, чтобы вовремя уйти в безопасную зону.

    Вероятно, "Саго-Мару" имела базу поблизости, на острове Шимушу, потому что появлялась она с удивительным постоянством, каждый раз вблизи Бурунного мыса, где стоит японский консервный завод.

    Намытая рекой песчаная отмель и мыс Бурунный образуют здесь неглубокий залив, в котором всегда плещется рыба. Трудно сказать, что привлекает ее в эту мутную воду, но в июле залив напоминает чан для засола сельдей.

    Рыба проникает сюда в часы прилива через отмель и после отлива попадает как бы в мешок. В поисках выхода она устремляется через узкий проход вдоль мыса Бурунного. Вот тут-то она натыкается на переметы или сети, украдкой расставленные японскими хищниками.

    Рыбаки, преследующие треску и лосося в этом заливе, рискуют не меньше, чем рыба. Шхуна с осадкой семь футов может выйти отсюда, только держась в проходе параллельно мысу Бурунному. Однако это обстоятельство нисколько не смущало наших знакомых.

    У шкипера "Саго-Мару" был замечательный нюх. Едва "Смелый" показывался милях в пяти от завода, как шхуна выбирала сети и уходила в безопасную зону.

    В тот год катером командовал Колосков. Он был из керченских рыбаков рассудительный, хитроватый, с упрямой толстой шеей и красными ручищами, вылезавшими из любого бушлата на целую четверть. Колосков преследовал "Саго-Мару" с холодным упорством и никогда не смущался исходом погони.

    - Дальше моря все равно не уйдут. - убеждал он самого себя, ложась на обратный курс. - Быть треске на крючке.

    Но сквозь шутку заметно пробивалась досада: нелегко смотреть пограничнику, как обкрадывают советские воды.

    Весь май мы провели на восточном побережье Камчатки. Мы задержали там шхуну фирмы Ничиро и два кунгаса, полных сельди. В июне нас перебросили из Тихого океана в Охотское море, и счастье снова изменило нашей команде.

    "Саго-Мару" продолжала обворовывать побережье. Иногда нам удавалось подойти к шхуне ближе трех миль, и все-таки она успевала уйти, отметив затопленные сети бочонком или циновкой. Однажды мы извлекли тресковый перемет длиной около-полукилометра, в другой раз подняли, затонувшую сеть, в которой задохнулось не меньше пятисот центнеров кеты и горбуши.

    Все эти трофеи выглядели очень скромно по сравнению с возросшим нахальством "Саго-Мару". Она стала подпускать нас настолько близко, что мы различали лица команды. В таких случаях шкипер выходил на корму и протягивал нам конец.

    Однажды мы дали предупредительный выстрел в воздух. На шхуне забегали и даже сбавили ход, но вскоре мотор застучал с удвоенной резвостью. Видимо, синдо убедил моториста в том, что пограничники не станут .

    Источник:

    knigogid.ru

    Диковский, Сергей Владимирович Конец Саго-мару в городе Иркутск

    В этом интернет каталоге вы можете найти Диковский, Сергей Владимирович Конец Саго-мару по доступной цене, сравнить цены, а также изучить прочие книги в категории Художественная литература. Ознакомиться с свойствами, ценами и обзорами товара. Доставка выполняется в любой город РФ, например: Иркутск, Новокузнецк, Омск.