Каталог книг

Наталия Миронина Третий брак бедной Лизы

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Муж ушел. Собрал минимум вещей – и привет. Не ожидавшая такого Лиза растерялась. И начались ее мучения: наследница роскошной квартиры в центре Москвы, она была вынуждена снимать жилье, устроившись для этого на три работы… Трудолюбивая и покладистая, она приглянулась Тихону. А после свадьбы выяснилось, что он тиран, самодур и любитель домашнего насилия. Залечив моральные и физические раны после развода с ним, Лиза уже не рассчитывала, что судьба преподнесет ей счастье на тарелочке. Но именно из-за одной старой тарелочки в жизни Лизы начали происходить удивительные события…

Характеристики

  • Форматы

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Миронина Н. Третий брак бедной Лизы Миронина Н. Третий брак бедной Лизы 81 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Миронина Н. Третий брак бедной Лизы Миронина Н. Третий брак бедной Лизы 109 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Миронина, Наталия Третий брак бедной Лизы Миронина, Наталия Третий брак бедной Лизы 134 р. bookvoed.ru В магазин >>
Наталия Миронина Третий брак бедной Лизы Наталия Миронина Третий брак бедной Лизы 109 р. litres.ru В магазин >>
Миронина, Наталия Третий брак бедной Лизы: роман Миронина, Наталия Третий брак бедной Лизы: роман 121 р. bookvoed.ru В магазин >>
Миронина Н. Третий брак бедной Лизы Миронина Н. Третий брак бедной Лизы 78 р. book24.ru В магазин >>
Третий брак бедной Лизы Третий брак бедной Лизы 160 р. labirint.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Читать онлайн Третий брак бедной Лизы автора Миронина Наталия - RuLit - Страница 3

Читать онлайн "Третий брак бедной Лизы" автора Миронина Наталия - RuLit - Страница 3

Чердынцевы переехали в Большой Гнездниковский в тот год, когда Лиза заканчивала школу, ее младший брат Боря перешел в пятый класс, а Элалия Павловна выпустила свой первый учебник по истории русской музыки девятнадцатого века.

Элалия Павловна восклицала:

– Вы не понимаете происходящего! Мы будем жить в самом центре Москвы, в знаменитом доме! Это же сердце русской и советской культуры.

Вслед за этим восклицанием она перечисляла имена и фамилии, и всем казалось, что Элалия Павловна зачитывает вслух том Советской энциклопедии. Сын Боря помалкивал – он уже знал, что маму переспорить нельзя. Лиза переезду радовалась – по сравнению с тихими и почти провинциальными Песчаными улицами «Сокола» здесь ощущался столичный драйв. Да и сам дом ее удивлял – огромные вестибюли и широкие сквозные лестницы, четыре лифта, специальный зал для проведения различных мероприятий, апартаменты (иначе и не скажешь), консьержка. Попадая сюда, сразу забывались типовое жилье, теснота лестничных площадок, унылые малярные эксперименты ЖЭКов. Впрочем, этот дом был чем-то вызывающим и в эпоху нового строительства – уникальная архитектура, основательность отделки этого старинного гиганта превращали дом Нирнзее в подлинный шедевр, все же остальное на его фоне казалось дешевым новоделом.

Квартиру Элалия Павловна оформила так, что приходящие гости только качали головами. Дорогой вычурной мебели было немного, и этот сознательный лаконизм подчеркивал размеры и объемы. По стенам в дорогих рамках были развешаны старинные фотографии всего семейства Чердынцевых – женщины в кружевных платьях, сановники с неестественно прямыми спинами и огромными орденами на груди, дети в матросских костюмчиках. Отдельно висели фотографии советских и партийных деятелей – Чердынцевы умели делать карьеру при любой власти. Родни Петра Васильевича было совсем немного – лица его предков казались не такими надменными, костюмы не такими щеголеватыми.

– Ваша ветвь всегда была ближе к земле, – снисходительно отмечала Элалия Павловна. Забавно, что и Петр Васильевич, и его жена – оба они были Чердынцевыми. Только разных, очень дальних ветвей этого рода, таких дальних, что и родственниками их считать было нельзя. Познакомили Петра и Элалию друзья, решившие познакомить друг с другом двух редких однофамильцев.

«Мой маленький паровозик!» – так, будучи в состоянии легкого «навеселе», при гостях, Петр Васильевич опрометчиво, но точно охарактеризовал супругу. Энергичная, пробивная, громкая и вся какая-то округлая, Элалия Павловна в семье была локомотивом.

– Ты – в отца! Ты вся в его родню! – часто слышала Лиза в свой адрес и нисколько не обижалась на слегка пренебрежительный тон матери. Отец казался дочери верхом совершенства – спокойный, работящий, ласковый, не склонный к перепадам настроения, он был близок с детьми и никогда не пугал их амбициозными требованиями. В отличие от Элалии Павловны, он не ждал от своих отпрысков доказательств исключительности ни в плане ума, ни в плане успешности.

– Надо нормально учиться и много читать. – Это он повторял неустанно.

Мама же требовала от детей активности, которая могла бы в будущем привести к головокружительной карьере.

– Вот бросила музыкальную школу, а могла бы уже в Гнесинке выступать, а это прямой путь к хорошему замужеству! Там очень много талантливых и перспективных молодых людей! – укоряла Элалия Павловна дочь.

Увы, к вполне справедливым требованиям примешивались «светские» амбиции – сын должен ловко поддерживать разговор с гостями и галантно «расшаркиваться» с дамами. Дочь должна отлично выглядеть и уметь себя подать.

– Лиза, вот что ты вчера ответила Светлане Петровне, когда она спросила, почему ты поступила в медицинский?

Источник:

www.rulit.me

Наталия Миронина Третий брак бедной Лизы скачать книгу fb2 txt бесплатно, читать текст онлайн, отзывы

Третий брак бедной Лизы

Муж ушел. Собрал минимум вещей – и привет.

Не ожидавшая такого Лиза растерялась. И начались ее мучения: наследница роскошной квартиры в центре Москвы, она была вынуждена снимать жилье, устроившись для этого на три работы… Трудолюбивая и покладистая, она приглянулась Тихону. А после свадьбы выяснилось, что он тиран, самодур и любитель домашнего насилия. Залечив моральные и физические раны после развода с ним, Лиза уже не рассчитывала, что судьба преподнесет ей счастье на тарелочке. Но именно из-за одной старой тарелочки в жизни Лизы начали происходить удивительные события…

Читатель! Мы искренне надеемся, что ты решил читать книгу "Третий брак бедной Лизы" Миронина Наталия по зову своего сердца. В тексте находим много комизмов случающихся с персонажами, но эти насмешки веселые и безобидные, близки к умилению, а не злорадству. В процессе чтения появляются отдельные домыслы и догадки, но связать все воедино невозможно, и лишь в конце все становится и на свои места. Долго приходится ломать голову над главной загадкой, но при помощи подсказок, получается самостоятельно ее разгадать. Умеренное уделение внимания мелочам, создало довольно четкую картину, но и не лишило читателя места для его личного воображения. Встречающиеся истории, аргументы и факты достаточно убедительны, а рассуждения вынуждают задуматься и увлекают. Все образы и элементы столь филигранно вписаны в сюжет, что до последней страницы "видишь" происходящее своими глазами. Яркие пейзажи, необъятные горизонты и насыщенные цвета - все это усиливает глубину восприятия и будоражит воображение. Благодаря уму, харизме, остроумию и благородности, моментально ощущаешь симпатию к главному герою и его спутнице. Написано настолько увлекательно и живо, что все картины и протагонисты запоминаются на долго и даже спустя довольно долгое время, моментально вспоминаются. Отличный образец сочетающий в себе необычную пропорцию чувственности, реалистичности и сказочности. "Третий брак бедной Лизы" Миронина Наталия читать бесплатно онлайн безусловно стоит, здесь есть и прекрасный воплощенный замысел и награда для истинных ценителей этого жанра.

Добавить отзыв о книге "Третий брак бедной Лизы"

Источник:

readli.net

Книга Третий брак бедной Лизы - читать онлайн

Третий брак бедной Лизы читать онлайн Наталия Миронина Страниц: 340 Примерное время прочтения: 4 часов Год издания: 2015 Язык: Русский Начали читать: 48

Муж просто покинул ее…

Собрал минимальный набор вещей и ушел…

Лиза и вовсе не ожидала такого поворота от судьбы…

Но судьба подготовила для нее еще массу сюрпризов.

Мучения, странные ситуации, скитания ее сердца не заставили себя долго ждать…

Во-первых, наследница роскошной квартиры в самом центре столицы России просто вынуждена снимать жилье.

А для того, чтобы сделать это ей пришлось устроиться на три работы…

Однажды главная героиня решила присмотреться к Тихону. Но к великому сожалению данный тип оказался еще тем тираном…

И все это стало явным после свадьбы…

Сколько ран, боли он ей принес…

Казалось, что кошмары из прошлого невозможно забыть…

Но Лиза нашла в себе силы бороться…

Возможно, теперь Лиза сумеет догнать счастье?

Возможно, теперь все будет хорошо?

Сюжет данной книги придется каждой читательнице по душе. Ведь в ней столько любви, столько солнца, столько веры…

Источник:

readbooks.me

Наталия Миронина - Третий брак бедной Лизы - чтение книги онлайн

Наталия Миронина Третий брак бедной Лизы

– Что вы так спешите?! – недоумевала Элалия Павловна, но тут же добавляла: – Но, конечно, мне работать очень тяжело.

Лиза, утомленная пребыванием в чужом «распорядке дня», ничего не хотела слушать. Она, в душе обидевшаяся на мать и брата, сейчас не хотела ничего обсуждать, а только торопилась уехать. Ей казалось, что жизнь в новой уютной квартире должна излечить ее от воспоминаний о кошмаре, которым закончился брак с Тихоном. Возникшее ощущение свободы – никто не давит на тебя авторитетом, никто не затевает домашние скандалы – придало Лизе силы. Сейчас она легко согласилась на высокую плату за квартиру, потому что это чувство свободы окрыляло ее, придавало уверенности в том, что все проблемы будут решены. В конце концов, работая в поликлинике, она может подрабатывать в коммерческом отделении. А можно было бы рискнуть и пойти работать в одну из фирм по поставкам медоборудования – за время работы у Тихона Лиза обросла нужными знакомствами. Люди, даже из соперничающих структур, относились к ней настолько доброжелательно, что Бойко не раз устраивал сцены. Сейчас Лиза поняла, что основной причиной их конфликтов была ревность. Но не только ревность безумно влюбленного мужчины, а ревность слабого человека, которого охватывает страх при мысли, что он перестанет быть кумиром. Лиза сейчас понимала, что Тихон нуждался в сильном спутнике, который спасал бы его от изнуряющей раздвоенности, но при этом Бойко не обладал мужским великодушием – не мог признаться в том, что жена превосходит его в целеустремленности и решительности. Впрочем, о своем втором муже Лиза старалась не думать. Каждый раз, когда она мысленно возвращалась к недавнему прошлому, ее охватывали и гнев, и злость, и отчаяние. «Как много мы имели! Мы были влюблены, здоровы, у нас было свое дело, у нас было свое жилье! Мы обладали всем, что, казалось, необходимо для счастливой жизни! Но мы не были счастливы! – думала Лиза, когда, как и все нормальные люди, пыталась подвести итоги. – Сейчас у меня нет своего жилья, маленькая зарплата, подрастает дочь, которую надо поставить на ноги. Но я счастлива, как никогда!» Впрочем, для полного счастья ей не хватало гармонии в отношениях с семьей, в особенности с Элалией Павловной.

Вся эта история с квартирой в Большом Гнездниковском неожиданным образом повлияла на семью Чердынцевых. Брат Борис ловко самоустранился от обсуждения этой проблемы и делал вид, что все происходящее его не касается, что никаких слов о временном проживании в квартире на «Соколе» он никогда не произносил. Борис с каким-то утроенным пылом обустраивал это жилье, то возводя какую-то дополнительную стенку, то разрушая перегородки, то выпрашивая у Элалии Павловны статуэтки, чтобы украсить ими вновь отремонтированную гостиную. С Лизой он почти не общался – ей даже иногда казалось, что он боится ее. «Ведь я могу и в гости напроситься. И, наверное, ему будет стыдно за то, что он даже не соизволил объясниться со мной, а кто же любит быть пристыженным. Впрочем, Борис поступает глупо, и так отношения в семье не очень простые, зачем же их еще больше портить. Частым общением противоречия можно было бы и сгладить». Лиза несколько раз сама звонила брату, но разговора не получалось, Борис общался нехотя, словно сам обиделся на Лизу.

– Если что-нибудь надо будет – звони, – наконец, после тщетных попыток возобновить отношения, предложила Лиза.

– Хорошо, – произнес Борис и повесил трубку. С тех пор они только иногда встречались у родителей.

Но в Большом Гнездниковском Лиза теперь бывала редко. Во-первых, она была очень занята на работе – вела два участка, а во-вторых… Во-вторых, обида на мать не утихала. Она поселилась где-то глубоко в душе, припрятанная соображениями, что «никто никому ничего не должен», «в тридцать с лишним лет обижаться на родительскую волю глупо», «не маленькая – сама должна решать свои проблемы». В повседневной жизни этот обжигающий уголек обиды казался погасшим – Лиза очень много работала, занималась дочерью, которая с переездом в эту новую квартиру совсем повзрослела. Ксения научилась готовить простые блюда, Лиза поручала ей постирать мелочи, убрать дом. Училась дочь хорошо, портил картину характер – суровый и резкий. Впрочем, это касалось посторонних, с матерью девочка была ласкова. «Она деликатна – чувствует, о чем можно спросить, о чем не стоит», – отметила про себя Лиза. Переезд в эту съемную квартиру прошел гладко. Дочь ничего не сказала, даже не стала спрашивать, почему они уехали от Тихона, почему они не могут жить у бабушки или почему они не могут вернуться в свою квартиру на «Соколе». Лиза, как педиатр, с тревогой сначала наблюдала за этим проявлением выдержки.

– Ксюша, ты привыкнешь к новому классу быстро – у тебя есть опыт переездов, – пошутила она.

– Этот переезд – самый лучший. Мне здесь все нравится, и мы с тобой хозяйки!

– Тогда надо устроить новоселье! С тортиком и шариками! – У Лизы отлегло от сердца. Она до сих пор чувствовала перед дочерью вину за ту, полную унижения жизнь с Бойко.

Приезжая к родителям, Лиза вела себя спокойно, так же, как и раньше. Разве что все чаще и чаще обрывала Элалию Павловну, которая все так же поучала дочь в резкой, не терпящей возражения форме.

– С кем она там дружит? В этой своей новой школе? Там как район – хороший? – прокурорским тоном спрашивала мать.

– С хорошими девочками, – отвечала Лиза.

– Да? Ты что, знаешь их родителей?

– Знаю. Мам, оснований для беспокойства нет.

– Как нет? Растет ребенок, надо как-то думать о будущем… С кем дружить будет? Чем заниматься будет?

Лиза слушала мать, и в эти моменты ее так и подмывало спросить: «О каком будущем ты думала, когда лишала нас с ней угла?! О каком будущем ты думала, когда вынуждала меня снимать квартиру стоимостью в полторы моей месячной зарплаты?! Ты думала о том, что я теряю и время, и силы, работая на двух ставках и подрабатывая уколами, чтобы у дочери была возможность заниматься рисунком и музыкой? Или ты произнесешь свое любимое: «Некоторые живут еще хуже!» Вот в этот момент тлеющий уголек обиды вспыхивал и превращался в пламя.

Лиза, приученная матерью к мысли, что семья должна быть единой, ломала голову, почему же в этот раз семья ее отторгла.

– Пап, мы отлично устроились. Но обида мне не дает покоя! Если бы мама хотя бы поговорила со мной, объяснилась. – С отцом Лиза иногда была откровенна.

Петр Васильевич только вздыхал. Его отношения с женой стали несколько другими – он, проявлявший крайнюю сдержанность и лояльность, принимавший посильное участие в ее «салонах», с некоторых пор стал избегать общества людей, собиравшихся в доме. Элалия Павловна особо не огорчалась – собеседники были ей интересней, с ними ее связывала работа, которую она очень любила и ценила. Петр Васильевич работал, вечерами отсиживался в своей комнате или навещал дочь.

– Как здорово устроилась! Отличное место! Как ты сумела найти ее? – спрашивал он дочь, и та расплывалась в благодарной улыбке, словно девочка-подросток, которую похвалили.

Действительно, с Лизой приключились какие-то метаморфозы – к своей квартире на «Соколе» она не относилась так, как к этой – маленькой и чужой. Все занавески она сшила сама – с оборками, с ламбрекенами, они стали настоящим украшением и комнаты, и столовой. В кухне на столе была скатерть в тон шторам, красивая картина, которую Лиза написала сама поздним вечером, когда не спалось. Картина изображала большие маки в букете полевых трав и злаков. Это яркое пятно на стене придавало кухне нарядный вид и создавало праздничное настроение. На подоконнике стоял цветок и красивая статуэтка. На противоположной стене, над кухонным разделочным столом, висел ряд декоративных тарелок – она их купила буквально за копейки в Интернете, в первые дни после ухода от Тихона. Обозначая таким образом начало самостоятельной жизни.

Любовь к фарфору Лизе привила Элалия Павловна. «Хороший фарфор – это не только деньги в тяжелую годину. Хорошая чашка, красивая ваза, яркая тарелка – это для дома как серьги для женщины. Вроде можно обойтись, но с ними она красивее, эффектнее и чувствует себя уверенней», – говорила она. Сама Элалия Павловна хорошо разбиралась в фарфоре, живописи и даже монетах. Нельзя сказать, что ее знания были системными, но она обладала безусловным вкусом, была художественно образована и наделена собирательской интуицией. Все эти свойства позволяли ей безошибочно из груды предметов выделять стоящие. Лиза, будучи еще совсем девочкой, запоминала, что говорила ей мать о старинных вещах, но особого интереса не проявляла. И в своей первой семье у нее не было времени на это неторопливое занятие – отыскивать что-то необычное, старое, красивое. В жизни с Тихоном Бойко у нее не было на это ни сил, ни настроения. Тогда все уходило на поддержание мира в семье. Сейчас же, безостановочно улучшая интерьеры в съемной маленькой квартире, она вдруг почувствовала прелесть собирательства и только жалела, что у нее нет денег, – походы по антикварным магазинам носили скорее экскурсионный характер.

А с деньгами действительно было туго. Да так туго, что Лиза уже пару раз наведывалась в ломбард. Серьги, подаренные родителями, и пара золотых колец выручали их с дочерью в конце месяца, когда приходило время платить за квартиру. В эти дни Лиза ругала себя за авантюризм и хвалила за стойкость. Действительно, только женщина, склонная к авантюрам, согласится платить за квартиру сумму, превышающую ее месячный доход. Только женщина, обладающая стойкостью и уверенностью в своих силах, согласится так поступить.

– Ну, Ксения, переходим на пиццу! – говорила в такие моменты Лиза дочери, это означало, что старинная еда неаполитанских бедняков прочно занимает место в домашнем меню. Ксения радовалась, а Лиза корила себя и старалась сделать это блюдо хоть немного диетическим, пригодным для детского питания.

Но если продукты можно было купить недорогие и их на семью из двух человек требовалось не очень много, то с одеждой дело обстояло совсем туго. Ксения росла не по дням, а по часам, – сапожки, туфельки, ботиночки, пальто и платья – все это с какой-то молниеносной быстротой становилось мало, коротко, узко.

– Дочь, ты словно наверстываешь упущенное. Не росла, не росла, а теперь как стебель бамбука… – сокрушалась и радовалась одновременно Лиза, рассматривая очередную негодную одежку.

А Ксения отмалчивалась – она по-детски переживала из-за того, что мама не может ей купить узкую юбку – такие носили многие девочки, сапожки с высокой застежкой – они тоже вдруг стали модными среди школьниц, не говоря уже о многочисленных мелочах – заколочках и ленточках. Лиза понимала дочь – все это, даже включая юбку из шотландки, стоило совсем недорого, почти копейки. Но Лизина математика была проста до неприличия – к зарплате,

Источник:

litread.info

Читать бесплатно книгу Третий брак бедной Лизы, Наталия Миронина

Третий брак бедной Лизы

© Миронина Н., 2015

© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2015

Мама была права. Мама была права, утверждая, что мужа не стоит баловать изысканными завтраками, идеально глаженными рубашками и уютной тишиной выходного дня. Не стоит, потому что муж все равно может уйти. Лиза Чердынцева обвела взглядом комнату, заметила торчащий из шкафа рукав плаща и вздохнула. Ее муж вчера ушел. Ушел с одной сумкой, в которую аккуратно сложил белье, костюм и куртку. Ее муж Андрей был умным, добрым и красивым, он очень любил их дочь, но все равно ушел к тетке с двойным подбородком, толстыми ногами, похожими на букву «Х», и прической, как у Джеки Чана, – черные блестящие волосы лежали шлемом вокруг ее круглого плоского лица. «Я несправедлива. Я злюсь, поэтому несправедлива», – Лиза дважды повторила про себя фразу, но объективности в отношении тетки-разлучницы не прибавилось. Как ни странно, изменивший муж злости не вызывал. Он уходил так благородно, что Лизе даже захотелось упаковать для него несколько кастрюль – вдруг в его новой семье их не хватает. «Впрочем, такая имеет всё – и кастрюли, и сковородки, и чужих красивых мужей», – опомнилась Лиза и попыталась разозлиться. Ей до сих пор не верилось, что все эти сборы – окончательный и бесповоротный разрыв, итог их семилетней жизни, конец их дома – дома уютного, суматошного и немного безалаберного.

Лиза наблюдала, как Андрей тщательно, знакомыми жестами складывает вещи, и почти не ощущала беспокойства. Казалось, муж собирался в командировку.

– Ты точно все решил? – наконец спросила она.

– Лиза, да, точно. Но мы будем общаться, и Ксюшу я буду навещать часто. Думаю, ты не будешь возражать.

– А почему я должна возражать?

– Ну, мало ли… – смутился Андрей и принялся складывать свои трусы. Аккуратно так, шовчик к шовчику.

– Брось ты это! – не выдержала Лиза.

Андрей поднял голову и, набрав в легкие воздуха, произнес:

– Брось мучиться, трусы сложи в стопку и сверни в рулончик. И быстро, и не помнутся, и места мало в сумке займут.

– А… – благодарно отозвался уходивший муж.

Лиза про себя усмехнулась: «Никогда! Никогда я никого не останавливала. И его не стану!» Она прошла на кухню и зашумела кофеваркой.

Андрей ушел, даже кофе не попил. Лиза постояла у окна. Вот он усаживается в машину, осторожно лавирует, выезжая со двора, а затем автомобиль, набрав скорость, вливается в поток Ленинградского проспекта. «Интересно, где он теперь будет жить?» – Лиза впервые за последний год задала себе вопрос, ответ на который иные жены на ее месте знали бы уже давно. Лиза же была нелюбопытна. И не очень внимательна. И доверчива. Всезнанию она интуитивно предпочитала неинформированное спокойствие.

– У него любовница, – сообщали ей со всех «заинтересованных» сторон.

– Что-то он у тебя очень задумчивым стал… Даже для ученого-биолога это слишком… – подмечала ближайшая подруга Марина.

– Да? – удивлялась Лиза и даже не пыталась присмотреться к мужу.

Когда машина бывшего мужа исчезла из вида, Лиза принялась за уборку. В ее доме всегда было чисто, но сейчас, когда после сборов в доме нарушился привычный уклад, Лиза засучила рукава, достала пылесос и принялась наводить блеск. Работа ее отвлекала сразу от двух тяжелых мыслей. Первая звучала примерно так: «Вот я теперь одинокая женщина!» Вторая была более оригинальной: «Перед мамой надо предстать во всеоружии – чтобы она даже не заподозрила, о моих переживаниях!» Вторая мысль была назойливой и противной – Лизе казалось, что ее обязательно будут выводить на чистую воду и добиваться от нее положенных слез и причитаний. «Но что поделать, если я не переживаю! Во всяком случае, пока!» Лиза на ходу взглянула на себя в зеркало и с удивлением отметила, что столь неприятное событие вовсе не отразилось на ее внешности.

К маме она явилась ровно в три часа. К дому родителей Лиза подошла чуть раньше, но, взяв себя в руки, дождалась оговоренного времени, и только когда большая стрелка на часах вплотную подошла к двенадцати, Лиза вошла в подъезд. В огромном гулком вестибюле ее встретила консьержка. Лиза миновала зеркальную стену, потом поднялась по лестничному пролету и только потом вошла в лифт. За это время она успела тайком перекреститься, несколько раз глубоко вздохнуть и прошептать про себя: «Ну в конце-то концов! Мне тридцать лет!» Лиза не могла избавиться от ощущения вины, будто это она ушла из семьи, бросив шестилетнего ребенка.

– Привет! – Лиза весело поздоровалась с мамой.

– Здравствуй! – сурово ответила Элалия Павловна.

– Где Ксения? Как она?

– Она с Ритой пошла в «Армению» за чурчхелой.

Рита была приходящей домработницей, порой она выполняла роль няни. Мама испытующе посмотрела на Лизу и произнесла:

– Ксения – нормально. Пока. Но что будет дальше?! – Элалия Павловна многозначительно пожала плечами.

– Все будет хорошо. – Лиза намеренно тщательно выбирала яблоко в большой вазе, пытаясь отвлечь маму и не позволить ей сосредоточиться на допросе.

– Ну, Андрей что, уехал? – спросила Элалия Павловна.

Лиза ответила не сразу, словно показывая, что есть дела поважнее, чем обсуждение поступков мужа. Например, отрывание яблочного хвостика.

– Да, уехал, – наконец ответила она.

– Ясно. Как вообще ты могла это допустить?! У вас же ребенок?! – Мама выпалила все эти вопросы на одном дыхании.

– Мам, я ничего не допускала. Я даже ничего не замечала. И потом, если это должно было случиться…

– Ну, – тут Лиза смутилась, она не очень привыкла откровенничать с матерью. – Ну, то, что он влюбился…

– Господи, влюбляйся сколько влезет! Но тогда детей не заводи!

– Мам, что ты на меня сердишься? Это же не я ушла. – Лиза робко попыталась успокоить мать.

– Неважно! Семья – это двое, оба виноваты, когда такое происходит!

Лиза промолчала. Она действительно ощущала вину, и это чувство было сильнее обиды. «Сейчас мама мне внушит, что все произошло из-за меня!» Лиза посмотрела на обгрызенное яблоко, собираясь заплакать.

– Кто она? Эта мадам, к которой он ушел?

– Понятия не имею, – растерянно пожала плечами Лиза. Заплакать не удалось – она не ожидала, что мать задаст подобный вопрос.

– Как? Совсем ничего не знаешь? – Элалия Павловна с удивлением посмотрела на дочь.

– Совсем. Мне это неинтересно. Это ведь ничего не изменит, если я буду знать, какого цвета у нее глаза и где она работает. – Лиза не лукавила: как выглядит соперница, она узнала совершенно случайно.

– Да? – Чувствовалось, что мать растерялась. В этом спокойном неведении дочери было какое-то превосходство.

– Да, – односложно ответила Лиза, мечтая о том, чтобы эта беседа закончилась как можно быстрее.

– Ну? Он хоть что-нибудь сказал?! Как вообще это происходило?! – Мама по-прежнему возмущенно смотрела на дочь.

– Никак. Он спокойно собрал сумку – какое-то белье, костюмы, куртку… Мам, представляешь, он ушел с одной сумкой…

– А что тут представлять?! У него же ничего нет! Квартира принадлежит нам… – Теперь в мамином голосе послышалась агрессивная уверенность…

Тут надо заметить, что гордостью семьи Чердынцевых, кроме не вызывающих сомнений карьерных достижений, была еще их собственная звучная фамилия и… недвижимость. Отец Лизы, «тихий барин», как его называла одна из консьержек, был конструктором. Над чем он работал – никто никогда не знал, и это считалось делом вполне естественным. Видимо, не скороварки паяли на его производстве. Именно от этого производства Петру Васильевичу и дали неплохую квартиру в сталинском доме в районе метро «Сокол». И только Петр Васильевич обрадовался, что до работы можно будет добираться пешком в серые переулки Ходынки, как умерла родственница жены и семья получила в наследство огромную квартиру в знаменитом доме Нирнзее в самом центре Москвы в двух шагах от Красной площади. Элалия Павловна, жена Петра Васильевича, дама волевая, несмотря на «мягкое», придуманное родителями имя, железной рукой организовала переезд в великолепное жилище с огромными потолками и окнами. Но не все члены семьи разделяли ее энтузиазм.

– Вы даже не понимаете, что второго такого дома в Москве – нет! – восклицала она.

Действительно, второго такого дома в Москве не было. Тут Элалия Павловна, музыковед, педагог, автор нескольких учебников и вообще очень культурная женщина, не преувеличивала.

Немец Нирнзее свой доходный дом «недорогих квартир» построил в Большом Гнездниковском переулке в 1913 году. Расчищая площадку под строительство, он снес кучу маленьких домишек, выбрал самый необычный проект, пригласил художника Головина для создания огромного панно, и вот уже вскоре дом-легенда превратил уютный московский переулок вблизи Пушкинской площади в ущелье – огромный дом возвышался скалой и застил солнце. Эрнст Карлович был человеком крайне практичным, а потому квартиры были небольшие и недорогие. Расчет оказался верным – маленькое жилье пользовалось у москвичей успехом. К тому же на крыше дома был зеленый двор, кинотеатр и ресторан. Родственники же Чердынцевых по материнской линии были из «бывших» – две «графинюшки», вдовы с детьми, каким-то образом затерялись в огромном доме и пережили самые лихие времена. Когда Лиза была маленькой, она помнила нечастые визиты в эти заставленные мебелью квартиры – старухи, уже внучки тех самых вдовьих детей, жили небогато, стол их был скуден, но хороший кофе имелся всегда.

Чердынцевы переехали в Большой Гнездниковский в тот год, когда Лиза заканчивала школу, ее младший брат Боря перешел в пятый класс, а Элалия Павловна выпустила свой первый учебник по истории русской музыки девятнадцатого века.

Элалия Павловна восклицала:

– Вы не понимаете происходящего! Мы будем жить в самом центре Москвы, в знаменитом доме! Это же сердце русской и советской культуры.

Вслед за этим восклицанием она перечисляла имена и фамилии, и всем казалось, что Элалия Павловна зачитывает вслух том Советской энциклопедии. Сын Боря помалкивал – он уже знал, что маму переспорить нельзя. Лиза переезду радовалась – по сравнению с тихими и почти провинциальными Песчаными улицами «Сокола» здесь ощущался столичный драйв. Да и сам дом ее удивлял – огромные вестибюли и широкие сквозные лестницы, четыре лифта, специальный зал для проведения различных мероприятий, апартаменты (иначе и не скажешь), консьержка. Попадая сюда, сразу забывались типовое жилье, теснота лестничных площадок, унылые малярные эксперименты ЖЭКов. Впрочем, этот дом был чем-то вызывающим и в эпоху нового строительства – уникальная архитектура, основательность отделки этого старинного гиганта превращали дом Нирнзее в подлинный шедевр, все же остальное на его фоне казалось дешевым новоделом.

Квартиру Элалия Павловна оформила так, что приходящие гости только качали головами. Дорогой вычурной мебели было немного, и этот сознательный лаконизм подчеркивал размеры и объемы. По стенам в дорогих рамках были развешаны старинные фотографии всего семейства Чердынцевых – женщины в кружевных платьях, сановники с неестественно прямыми спинами и огромными орденами на груди, дети в матросских костюмчиках. Отдельно висели фотографии советских и партийных деятелей – Чердынцевы умели делать карьеру при любой власти. Родни Петра Васильевича было совсем немного – лица его предков казались не такими надменными, костюмы не такими щеголеватыми.

– Ваша ветвь всегда была ближе к земле, – снисходительно отмечала Элалия Павловна. Забавно, что и Петр Васильевич, и его жена – оба они были Чердынцевыми. Только разных, очень дальних ветвей этого рода, таких дальних, что и родственниками их считать было нельзя. Познакомили Петра и Элалию друзья, решившие познакомить друг с другом двух редких однофамильцев.

«Мой маленький паровозик!» – так, будучи в состоянии легкого «навеселе», при гостях, Петр Васильевич опрометчиво, но точно охарактеризовал супругу. Энергичная, пробивная, громкая и вся какая-то округлая, Элалия Павловна в семье была локомотивом.

– Ты – в отца! Ты вся в его родню! – часто слышала Лиза в свой адрес и нисколько не обижалась на слегка пренебрежительный тон матери. Отец казался дочери верхом совершенства – спокойный, работящий, ласковый, не склонный к перепадам настроения, он был близок с детьми и никогда не пугал их амбициозными требованиями. В отличие от Элалии Павловны, он не ждал от своих отпрысков доказательств исключительности ни в плане ума, ни в плане успешности.

– Надо нормально учиться и много читать. – Это он повторял неустанно.

Мама же требовала от детей активности, которая могла бы в будущем привести к головокружительной карьере.

– Вот бросила музыкальную школу, а могла бы уже в Гнесинке выступать, а это прямой путь к хорошему замужеству! Там очень много талантливых и перспективных молодых людей! – укоряла Элалия Павловна дочь.

Увы, к вполне справедливым требованиям примешивались «светские» амбиции – сын должен ловко поддерживать разговор с гостями и галантно «расшаркиваться» с дамами. Дочь должна отлично выглядеть и уметь себя подать.

– Лиза, вот что ты вчера ответила Светлане Петровне, когда она спросила, почему ты поступила в медицинский?

– А я ничего особенного не ответила. – Дочь пожала плечами.

– Вот именно, а должна была дать понять, что выбор неслучаен – с детства ты мечтала стать врачом, поэтому упрямо и целенаправленно шла в мединститут. Что ты хочешь заниматься научной работой, планируешь поступать в аспирантуру. Такой ответ характеризовал бы тебя как цельную натуру, упорную, работящую девушку. Девушку, которая совершает поступки обдуманно.

– Мам, зачем это Светлане Петровне?

– Ей – незачем, это надо тебе! Это надо твоей семье. Мне. Приятно, когда говорят: «У Чердынцевых дети – умные, воспитанные, целеустремленные». К тому же у Светланы Петровны знакомые есть… в Министерстве здравоохранения.

– А-а-а, – протянула Лиза.

– Не «а-а-а». Речь не о чем-то неприличном. Речь о том, что во все времена важно мнение окружающих. Важны знакомства. Мнение общества. И свое место в этом обществе надо завоевать.

Элалия Павловна знала, о чем говорила. Свое место в музыкальной жизни Москвы она завоевала титанической работоспособностью, энциклопедическими познаниями в области музыкальной культуры и ярким преподавательским талантом. Эти качества удачно дополнялись амбициозностью и умением обворожить нужного собеседника.

Успех Элалии Павловны пришелся на переломные девяностые. Сама она, в душе проклиная перемены, старалась не упустить время и людей. Люди для нее были тем самым «лифтом», который поднимал ее наверх.

Лиза удивлялась маме и понимала, что ничего такого в ее собственной жизни и не случится. Она стеснялась при большом скоплении известных людей – отвечала невпопад, краснела и старалась побыстрее улизнуть из гостиной. Элалия Павловна и сердилась, и смущалась – ей хотелось, чтобы дочь соответствовала ее блестящему положению. Но дети, увы и ах, росли людьми несветскими.

Лиза тем временем с удовольствием училась в медицинском на педиатра, ни о какой аспирантуре не думала, а мечтала о тихой районной поликлинике, дежурствах и домашних вечерах с мужем. Мужа она нашла быстро. Андрей, студент-биолог, заехал на кафедру педиатрии за рефератами, встретил там Лизу. Она как раз радостно изучала свою зачетку.

– Отличница? – улыбаясь, спросил Андрей.

– Да, – кивнула Лиза и покраснела. Она обожала получать пятерки. Ей нравилось, когда в аккуратных клеточках ведомости красовались пузатенькие «отлично».

– Что, ни одной четверки? Ни разу?

– Ни одной! – с гордостью подтвердила Лиза. – А у вас?

– А у нас, – с мелким ехидством ответил незнакомый парень, – пятерки получать неприлично. Мы – люди взрослые, серьезные, нам эти школьные дела не «в кассу».

– А кому это – вам?

– Биологам. Я в МГУ учусь на биологическом. Изучаю водоросли.

– А, так бы сразу и сказали! – Лиза рассмеялась. – Водоросли изучать – не детей лечить – это и забубенный троечник может. Никакой ответственности.

– Ну, не скажите… – Молодой человек вмиг стал серьезным.

– Понятно, – перебила его Лиза. – Можете продолжать. Вы сейчас будете убеждать меня, что ваша профессия самая лучшая. Мы пойдем бродить по весенней Москве, лучше по Бульварному кольцу… Или нет, поедем на Воробьевы горы, на смотровую площадку. Мы стоим – за спиной университет, внизу Москва как на ладони. Вы будете говорить, говорить, говорить… И я, сраженная вашей преданностью делу, влюблюсь в вас… Или убью. За болтливость.

– Давно в кино были? – деловито осведомился молодой человек.

– Давно. Можно сказать, и не была почти…

Мультфильмы на утреннем сеансе в кинотеатре «Ленинград».

– Тогда лучше и не начинать.

– Вот и я о том же.

– Может, пару коктейлей в клубе «Беглец»? Танцы и караоке?

– А что-нибудь более интеллектуальное?

– Хочу на выставку импрессионистов. Но там такая толпа!

– Попробую, хотя и не обещаю. Но это в перспективе. А сегодня можно погулять… Погода отличная! Только вот рефераты надо домой закинуть. Ну, как?

– Вы с ума сошли! Будущие педиатры по чужим квартирам не ездят.

– Вот и не угадали – как раз педиатры по чужим квартирам ездят. На вызовы.

– Это после диплома.

– До диплома-то ждать долго. И потом, у меня дома – мама. Не бойтесь. Кстати, это она послала меня за рефератами. Она «преподом» у вас работает…

– Да что вы?! И на какой кафедре?

– Не бойтесь, не у вас. Санитария и гигиена…

Лиза внимательно посмотрела на собеседника. Высокий, худой, широкоплечий. У молодого человека было красивое лицо – резкие, но правильные черты, немного смуглая кожа, глаза серые, обрамленные темными ресницами.

«Это хорошо, что у него глаза маленькие, – подумала про себя Лиза. – Терпеть не могу красавчиков». Впрочем, она слегка преувеличивала – ее опыт общения с мужчинами ограничивался парой поцелуев, пятью свиданиями и одним серьезным выяснением отношений. Отношения выясняла не она, а староста их группы, который в нее влюбился на первом курсе. Лизе было не до него – ей надо было получать пятерки.

– Ну что, согласны?

– А может, все-таки в кино? Что-нибудь такое, веселое? Можно в «Иллюзион».

– Нет, не получится, – покачал головой молодой человек.

– У меня нет денег, временный финансовый кризис.

– А как же клуб «Беглец» и караоке?

– Там знакомства. Там учитывают мою хорошую кредитную историю.

У Лизы испортилось настроение – этот симпатичный молодой человек нарушал все правила игры. По ее мнению, о безденежье мужчина говорить не должен, а должен ухаживать так, чтобы дама даже не догадывалась о возможных материальных трудностях.

– Что это вы надулись?

– С чего это вы взяли? – Лиза дернула плечом.

– Что ж я, не вижу?! Впрочем, можете не объяснять. Вам не понравилось, что я признался в финансовой несостоятельности. Но зачем я буду вам морочить голову?! У нас же не роман. И я не стараюсь вам понравиться.

– А если бы старались, то врали? – прищурилась Лиза.

– А то! Спрашиваете! Я бы знаете, каким петухом тут ходил?!

Лиза чувствовала, что молодой человек смеется над ней, но, как надо на это отреагировать, она не знала. Что-то очень обаятельное и простое было в его поведении.

– Вас как зовут? – наконец решилась Лиза.

– Лиза. Мне очень приятно, но давайте встретимся завтра, там решим – кино, или выставка, или погулять?

– А не обманете? – Андрей пристально посмотрел ей в глаза.

– Не замечена в этом.

– Тогда – договорились. Пока! – Андрей махнул ей пачкой распечатанных рефератов и вышел из аудитории.

«Ну-ну, так я тебя и буду ждать! – повесила нос Лиза. – Ты даже телефон у меня не узнал. Ну и черт с тобой!» Она положила зачетку в сумку, и в это время…

– А телефончик? Как же я без телефончика?! – просунул голову в приоткрытую дверь Андрей.

На следующий день он ждал ее у института.

– Ну, как сегодня, пятерка была? – Он посмотрел на довольное лицо спутницы.

– Да, я уже почти все экзамены сдала. Досрочно.

– Это хорошо, – сказал Андрей, – потому что у нас большие планы.

– В выходные мы едем к моим друзьям.

– И далеко ехать надо?

– Господи, а вы совершеннолетняя? – Андрей даже остановился.

– Да, вполне, а что?

– Напрягаетесь, как только вас приглашают куда-нибудь. Может, мне у вашей матушки вас отпросить надо?

– Отпросите. – Лиза вдруг представила картину – строгая и высокомерная Элалия Павловна и этот такой смешливый молодой человек.

– А куда ехать надо?

– Чтобы вашу матушку застать?

– Жаль, я бы хотел с ней познакомиться.

– Сразу будет понятно, стоит ли тебе делать предложение? Ведь дочери ужасно похожи на своих мам. Доказано.

– Ерунда, а потом, кто тебя просит мне предложение делать?! Мне и так хорошо!

– Согласен, семью заводить рано.

Лиза промолчала, и опять у нее испортилось настроение – опять этот молодой человек вел себя не так, как ей хотелось. Для начала хотелось осторожных разговоров о предметах нейтральных – путешествиях, книгах, улицах города, каких-то интересных случаях. Затем спутник должен был рассказать о себе, скромно так себя похваливая. Вслед за этим подойдет ее черед – она скупо, парой слов, обрисует свой характер, привязанности и привычки. Он удивится, внимательнее на нее посмотрит, потом сделает комплимент, подчеркнув свою заинтересованность. Она же будет доброжелательна и немного рассеянна – ведь что тут удивительного – свидание с молодым человеком… И она не будет раздавать авансы в первый день, она даже откажется от следующей встречи, если он попросит. Она будет держать паузу и соблюдать дистанцию, чтобы заинтриговать его. Вместо этой схемы, которую на разные лады описывают все без исключения женские журналы, новый знакомый быстро расставил все знаки препинания: «Семью заводить рано». И точка. Далее, через запятую, с восклицательными знаками в конце, у него шли «удивительные друзья», «большая наука» и «классное занятие – горные лыжи». Лиза внимательно слушала Андрея и пришла к выводу, что места для девушки в этом плотном графике остается весьма немного. А прислушавшись к интонациям и окончательно вникнув в слова, Лиза и вовсе встала в тупик.

При использовании книги "Третий брак бедной Лизы" автора Наталия Миронина активная ссылка вида: читать книгу Третий брак бедной Лизы обязательна.

Поделиться ссылкой на выделенное

Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»

Источник:

bookz.ru

Наталия Миронина Третий брак бедной Лизы в городе Нижний Новгород

В данном интернет каталоге вы сможете найти Наталия Миронина Третий брак бедной Лизы по разумной цене, сравнить цены, а также посмотреть иные книги в группе товаров Художественная литература. Ознакомиться с характеристиками, ценами и обзорами товара. Доставка товара производится в любой населённый пункт РФ, например: Нижний Новгород, Волгоград, Казань.