Каталог книг

Загадки топонимики

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Лев Васильевич Успенский - классик научно-познавательной литературы, лингвист, писатель, переводчик. Его книги по занимательному языкознанию с одинаковым интересом читают взрослые и дети. "Слово о словах", "Имя дома твоего", "По закону буквы", "По дорогам и тропам языка", "Ты и твое имя", этимологический словарь школьника "Почему не иначе?" - большинство этих книг были написаны в 50-60-е годы XX века, однако они и по сей день не утратили своего значения. "Загадки топонимики" - книга о происхождении географических названий. Вы с интересом прочтете о сложнейших превращениях топонимов разных стран, имеющих столетнюю и даже тысячелетнюю историю, узнаете, что означают названия городов, рек, селений, познаете тайны языка и разгадаете многие его загадки. Географическое имя, говорит писатель, - это "надпись на могильной плите, полуистершийся священный иероглиф - драгоценная памятка прошлого", это "экспонат великого музея топонимики".

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Синдаловский Н. Городские имена вчера и сегодня. Судьбы петербургской топонимики в городском фольклоре. Издание второе Синдаловский Н. Городские имена вчера и сегодня. Судьбы петербургской топонимики в городском фольклоре. Издание второе 472 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Лев Успенский По дорогам и тропам языка Лев Успенский По дорогам и тропам языка 494 р. ozon.ru В магазин >>
Загадки для детей Загадки для детей 133 р. ozon.ru В магазин >>
Веселые загадки для мальчиков и девочек Веселые загадки для мальчиков и девочек 325 р. ozon.ru В магазин >>
Загадки-веселушки. Загадки. Развивающие задания Загадки-веселушки. Загадки. Развивающие задания 65 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
журнал Загадки истории журнал Загадки истории 25 р. maxidom.ru В магазин >>
Загадки с грядки. Русские народные загадки Загадки с грядки. Русские народные загадки 51 р. ozon.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Загадки топонимики (Успенский Л

Загадки топонимики Загадки топонимики Эврика – 1969

FineReader 11 http://www.litmir.net

«Загадки топонимики»: Молодая гвардия; Москва; 1969

«Загадки топонимики» — книга о происхождении географических названий. Вы с интересом прочтете о сложнейших превращениях топонимов разных стран, имеющих столетнюю и даже тысячелетнюю историю, узнаете, что означают названия городов, рек, селений, познаете тайны языка и разгадаете многие его загадки. Географическое имя, говорит писатель, — это «надпись на могильной плите, полуистершийся священный иероглиф — драгоценная памятка прошлого», это «экспонат великого музея топонимики».

Лев Васильевич Успенский Загадки топонимики
Художник Б. Жутовский

Книги начинают с предисловий: так удобнее… Но мне пришло в голову: а что, если попробовать на сей раз начать «просто так», с существа вопроса?

Кто помешает мне, если так уж это понадобится, заменить предисловие «средисловием».

И вот на чистой первой странице я написал странное слово: МЯКИЛУОТО.

Оно пришло ко мне из очерка Владимира Александровича Рудного «Маяк Каллбода»; он был напечатан в 1965 году.

Рудный в дни войны был одним из самых смелых и инициативных военных корреспондентов на флоте. Он опубликовал свои — тех дней — поденные записи и ряд позднейших очерков о местах, где ему пришлось воевать и куда посчастливилось попасть уже в послевоенное время.

«Мякилуото, — прочел я. — …Сорок первый год. Тяжелые походы из Таллина в Кронштадт, из Кронштадта — назад к устью Финского залива. И всегда это зловещее имя: Мякилуото. Остров, на котором стояла сильная, далеко достающая батарея. Проскочил Мякилуото — порядок! Идешь на траверзе — берегись крупных фугасов… Какая-то там есть могила давней поры — то ли времен Крымской войны, то ли от более поздних сражений, могила англичанина Мак-Эллиота, вряд ли приходившего в чужие воды с добром.

Может быть, с могилой связано имя зловещего острова? Уж больно схожи имена острова и англичанина, на нем погребенного. Кто знает, возможно, оно и так: я потом видел на острове и намогильную плиту и руины старинных бастионов… Но сейчас я предчувствовал иное: после этого глыбистого гранита откроется Каллбода…»

Сложная штука — наше восприятие окружающего мира.

Смотрите: бывалый воин в шестидесятых годах оказался там, где ему пришлось переживать тяготы боев года сорок первого. Все настораживает его: он еще ничего не видит, он только слышит, слышит имя места: Мякилуото. И пятисложное звукосочетание уже вызывает в нем смутную тревогу. Имя кажется ему зловещим. За ним встает представление о скалистом островке с расположенной на нем тяжелой вражеской батареей. Малый корабль пробирается по лабиринту шхер. Орудийные стволы грозят ему смертью. Снаряды заставляют суденышко брать мористее, а там — минное поле… Ночь, тяжкий гул, всплески разрывов, свист осколков, опасность. И все это — Мякилуото…

Источник:

lib100.com

История и загадки топонимики

История и загадки топонимики

Всем известно: улицы, дома, города и села, а также различные природные объекты имеют свои названия. Однако далеко не каждый знает, что их исследованием занимается такая дисциплина, как топонимика. Это наука, изучающая географические названия со всеми их особенностями.

Предмет исследования

В круг интересов этой области знания входят такие аспекты, как история возникновения и преобразования, причины смены, варианты написания, перевода и произношения, мифы и легенды, связанные с тем или иным «именем». Топонимика кажется второстепенной наукой лишь на первый взгляд. Многие исторические данные о различных народах и племенах, первоначально населявших конкретную территорию, становятся понятны после исследования оставленных ими названий. Впрочем, процесс этот двусторонний: некоторые загадки топонимики невозможно понять без изучения истории и культуры, связанных с ними и часто определяющих особенности имен тех или иных объектов.

Важность объектов топонимики и их изучения легко понять, если обратиться к картам. Без географических названий они становятся бесполезны. Без них также очень трудно ориентироваться на местности, особенно на незнакомой. Фраза: «Дойди до серого дома, поверни налево и пройди еще пять метров на север», — у многих может вызвать недоумение. А по названиям улиц ориентироваться привыкли почти все. Мир без топонимов (так обозначаются объекты этой науки) был бы совсем иным, равно как и без их изучения.

Сказанное хорошо иллюстрирует одна историческая легенда. Генрих Шлиман, один из основателей полевой археологии, поставил перед собой задачу отыскать руины древней Трои, города, описанного Гомером, и тем самым доказать ее существование. Во время поисков подходящего для раскопок места он обратил внимание на холм Гиссарлык, находящийся в Турции. Его название примерно переводится как «место развалин». Это побудило археолога начать свои поиски именно здесь. Как известно, Шлиман не ошибся: под толстым слоем земли руины были найдены.

Топонимика — это наука, изучающая географические названия со всех сторон. Конечно, она использует данные самых разных дисциплин. Понимание происхождения, значения слова, его смысловой нагрузки для коренного населения, а также стоящих за ним событий возникает в результате синтеза данных истории, географии и лингвистики. Если вернуться к примеру со Шлиманом, все эти аспекты в нем отлично показаны. Историческая «справка» и данные о географическом местоположении были взяты археологом у Гомера и из других источников. Перевод названия холма (вклад лингвистики) также сыграл заметную роль в поисках.

Многие загадки топонимики можно объяснить при условии понимания общих принципов построения названия. Рассмотрим некоторые из них.

Простейший вариант

Историческая топонимика знает немало случаев, когда в качестве названия местности использовался термин, обозначающий ее географические особенности. Подобных примеров на карте множество. Это и архипелаг Палау в Океании («палау» в переводе с микронезийского означает «острова»), и южноамериканская пустыня Атакама («пустыня» в переводе с индейского). Нередко название объекта образуется путем присоединения к подобному термину какого-то эпитета. Здесь также масса примеров: горы Серра-Дорада в Португалии («золотая гора»), река Парана в Индии («большая река»), Мауна-Кеа на Гавайях («белая гора») и так далее.

Некоторые топонимы переносятся с одного объекта на другой. Распространенный пример этого — названия городов и рек. Во многих случаях трудно понять, какой объект послужил источником «имени». Найроби, Москва, Лилонгве, Ла-Плата — все это одновременно названия рек и городов.

Переменчивые

История топонимики полна и примеров, когда названия изменялись с течением времени. Достаточно часто это становилось результатом прихода на местность новых племен, завоевателей или вынужденных переселенцев. Сознание человека устроено таким образом, что все незнакомое оно пытается сделать более понятным для себя. Так происходит и с иноязычными топонимами. Новые жители берут географическое название, с которым часто сталкиваются, и преобразуют на свой манер. Так, древние греки переосмыслили берберское «адрар», что означает «гора», в Атлас (в переводе с греческого «несущий»). Новый топоним органично вошел в мифологическую систему Античности.

Бывает, что название протяженного географического объекта неодинаково в разных его частях. Не редкость это для рек. Подобные загадки топонимики легко объяснимы: главная причина смены рекой названия, как правило, кроется в преобразованиях характера ее течения. Бахр-эль-Джебель («река гор») — имя Нила в том месте, где он громогласно срывается с горных вершин на Восточно-Суданскую равнину.

Кроме того, разные народы, проживающие на берегах одной реки, дают ей свои названия. Для Нила это Эль-Бахр, данное арабами, коптское Еаро, Кипра и Ткуцири — на языке бунага и бари соответственно.

Память прошлого

Топонимика слова часто сталкивается с неправильной интерпретацией тех или иных названий, связанной с отсутствием определенных познаний в области их этимологии (происхождения). Этот процесс подобен переосмыслению новыми поселенцами иноязычных терминов, о котором говорилось выше. Вражский переулок в Москве, по мнению многих, был свидетелем неких столкновений с неприятелем. Название связывается со словом «враг». Однако это предположение ошибочно: «вражский» значит «овражистый». Именно такой смысл носило это слово вплоть до XVIII века.

Немало и примеров, когда топонимы рассказывали историкам о прошлом. Названия часто отражают быт и особенности населения. По ним можно судить о преобладавшем виде деятельности на конкретной территории или ее принадлежности, например, к угодьям князей или помещиков. Иногда же обозначения местности связаны с природными и климатическими особенностями, которые были характерны для нее некоторое время назад. Загадки топонимики же нередко возникают в том случае, когда нет информации о прошлом места и трудно сопоставить «имя» и обозначенную им территорию.

Источник:

fb.ru

Читать Загадки топонимики - Успенский Лев Васильевич - Страница 1 - ЛитЛайф - литературная социальная сеть

Загадки топонимики

Лев Васильевич Успенский

Книги начинают с предисловий: так удобнее… Но мне пришло в голову: а что, если попробовать на сей раз начать «просто так», с существа вопроса?

Кто помешает мне, если так уж это понадобится, заменить предисловие «средисловием».

И вот на чистой первой странице я написал странное слово: МЯКИЛУОТО.

Оно пришло ко мне из очерка Владимира Александровича Рудного «Маяк Каллбода»; он был напечатан в 1965 году.

Рудный в дни войны был одним из самых смелых и инициативных военных корреспондентов на флоте. Он опубликовал свои — тех дней — поденные записи и ряд позднейших очерков о местах, где ему пришлось воевать и куда посчастливилось попасть уже в послевоенное время.

«Мякилуото, — прочел я. — …Сорок первый год. Тяжелые походы из Таллина в Кронштадт, из Кронштадта — назад к устью Финского залива. И всегда это зловещее имя: Мякилуото. Остров, на котором стояла сильная, далеко достающая батарея. Проскочил Мякилуото — порядок! Идешь на траверзе — берегись крупных фугасов… Какая-то там есть могила давней поры — то ли времен Крымской войны, то ли от более поздних сражений, могила англичанина Мак-Эллиота, вряд ли приходившего в чужие воды с добром.

Может быть, с могилой связано имя зловещего острова? Уж больно схожи имена острова и англичанина, на нем погребенного. Кто знает, возможно, оно и так: я потом видел на острове и намогильную плиту и руины старинных бастионов… Но сейчас я предчувствовал иное: после этого глыбистого гранита откроется Каллбода…»

Сложная штука — наше восприятие окружающего мира.

Смотрите: бывалый воин в шестидесятых годах оказался там, где ему пришлось переживать тяготы боев года сорок первого. Все настораживает его: он еще ничего не видит, он только слышит, слышит имя места: Мякилуото. И пятисложное звукосочетание уже вызывает в нем смутную тревогу. Имя кажется ему зловещим. За ним встает представление о скалистом островке с расположенной на нем тяжелой вражеской батареей. Малый корабль пробирается по лабиринту шхер. Орудийные стволы грозят ему смертью. Снаряды заставляют суденышко брать мористее, а там — минное поле… Ночь, тяжкий гул, всплески разрывов, свист осколков, опасность. И все это — Мякилуото…

«Я услышал название, и что-то тревожное шевельнулось в памяти…»

Но почти одновременно то же самое имя напоминает автору очерка и совершенно другие вещи. «Там есть могила англичанина Мак-Эллиота… Может быть, с могилой связано имя зловещего острова?»

Смотрите: самый остров уже отошел куда-то в сторону. Осталось его название. Но в то же время — хотя только что как раз оно, это имя, казалось «зловещим», теперь «зловещим» представляется уже самый остров: мрачный колорит оторвался от имени и прикрепился к тому, что оно называет. Там было «зловещее имя», тут стало «имя зловещего острова».

Переставшее само по себе вызывать тревогу, имя порождает совсем другие чувства. Любопытство, живой интерес: что оно значит?

Конечно, военный корреспондент и писатель Рудный, можно поручиться, не специалист по науке об именах мест; нечего от него требовать глубоко научного исследования одного из них. Но, как каждому любознательному человеку, ему трудно перенести видимую бессмысленность любого названия, даже заведомо иноязычного. Любое непонятное географическое имя мешает спокойно жить. Оно «шерстит», как грубошерстный шарф, раздражает, как попавшая в обувь песчинка.

Рудному вспоминается: «На острове том есть могила». На могиле — надгробная плита. И как будто на плите обозначено, что под нею погребен английский офицер Мак-Эллиот. По-видимому, моряк, закончивший свой жизненный путь «далеко-далеко от Типперери», в чуждом море, у враждебных берегов. Когда? Может быть, в 1854–1855 годах, когда корабли адмирала Нэпира маячили перед Свеаборгом и Кронштадтом. Возможно, в 1919 году: англичане и тогда шарили тут, пытаясь задушить на корню революцию…

«Кто знает, возможно, оно и так…» — пишет Рудный, нетопонимист.

Но я-то давно уже живо интересуюсь топонимикой. И теперь предположения Рудного начинают беспокоить, «шерстить» уже меня: «А возможно ли?»

С одной стороны — да: Мак-Эллиот, Мякилуото… Очень похоже! Но в то же время тот, кто вслушается в название, может заметить: что-то уж очень по-фински оно звучит.

Что значит «звучит по-фински»?

Я пишу эти строки в поселке на Карельском перешейке, который сейчас именуется Комарово. До Великой Отечественной войны он носил финское имя КЕЛЛОМЯКИ. По-фински оно значило «колокольная гора». Довольно ясно: «мяки» — гора, и имена, в которые входит «мяки», всего вероятнее — финские.

Но тогда становится очень существенным вопрос: а «луото», не значит ли и оно чего-либо по-фински?

Я смотрю в словарь и обнаруживаю: «luoto» — подводная скала, риф, каменистый островок. «После этого глыбистого гранита откроется Каллбода…» — записал Рудный.

Совпадение с неким значением одного из элементов, составляющих имя места, еще ни от чего нас не страхует. Чудак, который, узнав географическое имя ФУДЗИЯМА, название вулкана, стал бы объяснять его тем, что на вершине каждого вулкана есть кратер, то есть русская «яма», тотчас же уперся бы во второй составной элемент — «фудзи». По-русски «фудзи» ничего не означает, приходится обращаться к японскому языку: там оно значит «огонь», «пламя», «огненный». А «яма» по-японски, наоборот, — гора.

Два элемента уже что-то доказывают.

Ну что же, все стало ясным: Рудный не прав, и дело о Мак-Эллиоте, так сказать, «закрыто»?

Ничуть не бывало: оно только начинается.

Давайте рассуждать «натрое», а может, и «начетверо».

Самое простое предположение таково: был среди тысяч островков в финских шхерах один никому не нужный и неинтересный. Люди «называют» только то, что привлекает их внимание, в чем они кровно заинтересованы. О том, мимо чего проходят равнодушно, они иной раз упоминают и разве что описывают этот предмет, не присваивая ему никакого личного имени:

Помните, в «Сказке о царе Салтане»?

Не нужен никому «не привальный», «не жилой» остров, вот он и не назван. И нет у него имени. Но изменяются обстоятельства, и что-то привлекает к «пустой равнине» человеческое внимание. Неважно что: у берегов обнаружилось «ловкое место», на самом островке нашлась горшечная глина, кто-то взял да и поселился на нем и начал разбойничать. И тут сплошь и рядом безымянный островок переживает своеобразные «крестины». Вчера еще «рос на нем дубок единый», а сегодня он может уже стать «Дубовым островом», «Дуб-островом», «островом Зеленым», «Маячным» (дуб-то стал маяком, приметой!). Да мало ли еще какое имя может к нему прилепиться? «Мимо острова Буяна…»

Вполне возможно, что и в нашем случае произошла такая же история. То, что раньше просто описывалось — мякилуото, «каменистый островок», — превратилось в некий момент в Мякилуото — остров, носящий такое собственное имя. Кругом уйма столь же каменистых рифов, но только один — Мякилуото.

Разве не могло так быть? Вполне могло: в таком случае английская фамилия Мак-Эллиот никакого отношения к названию данного клочка земли не имеет. Простое совпадение: в городе Петровске на кладбище может находиться могильный камень с надписью: «Петр Петрович Петров». Из сего отнюдь не следует, что город назван в память об этом Петрове. Так и тут: простое совпадение. Случайность!

Источник:

litlife.club

Читать Загадки топонимики - Успенский Лев Васильевич - Страница 1

Загадки топонимики
  • ЖАНРЫ
  • АВТОРЫ
  • КНИГИ 529 771
  • СЕРИИ
  • ПОЛЬЗОВАТЕЛИ 457 916

Лев Васильевич Успенский

Книги начинают с предисловий: так удобнее… Но мне пришло в голову: а что, если попробовать на сей раз начать «просто так», с существа вопроса?

Кто помешает мне, если так уж это понадобится, заменить предисловие «средисловием».

И вот на чистой первой странице я написал странное слово: МЯКИЛУОТО.

Оно пришло ко мне из очерка Владимира Александровича Рудного «Маяк Каллбода»; он был напечатан в 1965 году.

Рудный в дни войны был одним из самых смелых и инициативных военных корреспондентов на флоте. Он опубликовал свои — тех дней — поденные записи и ряд позднейших очерков о местах, где ему пришлось воевать и куда посчастливилось попасть уже в послевоенное время.

«Мякилуото, — прочел я. — …Сорок первый год. Тяжелые походы из Таллина в Кронштадт, из Кронштадта — назад к устью Финского залива. И всегда это зловещее имя: Мякилуото. Остров, на котором стояла сильная, далеко достающая батарея. Проскочил Мякилуото — порядок! Идешь на траверзе — берегись крупных фугасов… Какая-то там есть могила давней поры — то ли времен Крымской войны, то ли от более поздних сражений, могила англичанина Мак-Эллиота, вряд ли приходившего в чужие воды с добром.

Может быть, с могилой связано имя зловещего острова? Уж больно схожи имена острова и англичанина, на нем погребенного. Кто знает, возможно, оно и так: я потом видел на острове и намогильную плиту и руины старинных бастионов… Но сейчас я предчувствовал иное: после этого глыбистого гранита откроется Каллбода…»

Сложная штука — наше восприятие окружающего мира.

Смотрите: бывалый воин в шестидесятых годах оказался там, где ему пришлось переживать тяготы боев года сорок первого. Все настораживает его: он еще ничего не видит, он только слышит, слышит имя места: Мякилуото. И пятисложное звукосочетание уже вызывает в нем смутную тревогу. Имя кажется ему зловещим. За ним встает представление о скалистом островке с расположенной на нем тяжелой вражеской батареей. Малый корабль пробирается по лабиринту шхер. Орудийные стволы грозят ему смертью. Снаряды заставляют суденышко брать мористее, а там — минное поле… Ночь, тяжкий гул, всплески разрывов, свист осколков, опасность. И все это — Мякилуото…

«Я услышал название, и что-то тревожное шевельнулось в памяти…»

Но почти одновременно то же самое имя напоминает автору очерка и совершенно другие вещи. «Там есть могила англичанина Мак-Эллиота… Может быть, с могилой связано имя зловещего острова?»

Смотрите: самый остров уже отошел куда-то в сторону. Осталось его название. Но в то же время — хотя только что как раз оно, это имя, казалось «зловещим», теперь «зловещим» представляется уже самый остров: мрачный колорит оторвался от имени и прикрепился к тому, что оно называет. Там было «зловещее имя», тут стало «имя зловещего острова».

Переставшее само по себе вызывать тревогу, имя порождает совсем другие чувства. Любопытство, живой интерес: что оно значит?

Конечно, военный корреспондент и писатель Рудный, можно поручиться, не специалист по науке об именах мест; нечего от него требовать глубоко научного исследования одного из них. Но, как каждому любознательному человеку, ему трудно перенести видимую бессмысленность любого названия, даже заведомо иноязычного. Любое непонятное географическое имя мешает спокойно жить. Оно «шерстит», как грубошерстный шарф, раздражает, как попавшая в обувь песчинка.

Рудному вспоминается: «На острове том есть могила». На могиле — надгробная плита. И как будто на плите обозначено, что под нею погребен английский офицер Мак-Эллиот. По-видимому, моряк, закончивший свой жизненный путь «далеко-далеко от Типперери», в чуждом море, у враждебных берегов. Когда? Может быть, в 1854–1855 годах, когда корабли адмирала Нэпира маячили перед Свеаборгом и Кронштадтом. Возможно, в 1919 году: англичане и тогда шарили тут, пытаясь задушить на корню революцию…

«Кто знает, возможно, оно и так…» — пишет Рудный, нетопонимист.

Но я-то давно уже живо интересуюсь топонимикой. И теперь предположения Рудного начинают беспокоить, «шерстить» уже меня: «А возможно ли?»

С одной стороны — да: Мак-Эллиот, Мякилуото… Очень похоже! Но в то же время тот, кто вслушается в название, может заметить: что-то уж очень по-фински оно звучит.

Что значит «звучит по-фински»?

Я пишу эти строки в поселке на Карельском перешейке, который сейчас именуется Комарово. До Великой Отечественной войны он носил финское имя КЕЛЛОМЯКИ. По-фински оно значило «колокольная гора». Довольно ясно: «мяки» — гора, и имена, в которые входит «мяки», всего вероятнее — финские.

Но тогда становится очень существенным вопрос: а «луото», не значит ли и оно чего-либо по-фински?

Я смотрю в словарь и обнаруживаю: «luoto» — подводная скала, риф, каменистый островок. «После этого глыбистого гранита откроется Каллбода…» — записал Рудный.

Совпадение с неким значением одного из элементов, составляющих имя места, еще ни от чего нас не страхует. Чудак, который, узнав географическое имя ФУДЗИЯМА, название вулкана, стал бы объяснять его тем, что на вершине каждого вулкана есть кратер, то есть русская «яма», тотчас же уперся бы во второй составной элемент — «фудзи». По-русски «фудзи» ничего не означает, приходится обращаться к японскому языку: там оно значит «огонь», «пламя», «огненный». А «яма» по-японски, наоборот, — гора.

Два элемента уже что-то доказывают.

Ну что же, все стало ясным: Рудный не прав, и дело о Мак-Эллиоте, так сказать, «закрыто»?

Ничуть не бывало: оно только начинается.

Давайте рассуждать «натрое», а может, и «начетверо».

Самое простое предположение таково: был среди тысяч островков в финских шхерах один никому не нужный и неинтересный. Люди «называют» только то, что привлекает их внимание, в чем они кровно заинтересованы. О том, мимо чего проходят равнодушно, они иной раз упоминают и разве что описывают этот предмет, не присваивая ему никакого личного имени:

Помните, в «Сказке о царе Салтане»?

Не нужен никому «не привальный», «не жилой» остров, вот он и не назван. И нет у него имени. Но изменяются обстоятельства, и что-то привлекает к «пустой равнине» человеческое внимание. Неважно что: у берегов обнаружилось «ловкое место», на самом островке нашлась горшечная глина, кто-то взял да и поселился на нем и начал разбойничать. И тут сплошь и рядом безымянный островок переживает своеобразные «крестины». Вчера еще «рос на нем дубок единый», а сегодня он может уже стать «Дубовым островом», «Дуб-островом», «островом Зеленым», «Маячным» (дуб-то стал маяком, приметой!). Да мало ли еще какое имя может к нему прилепиться? «Мимо острова Буяна…»

Вполне возможно, что и в нашем случае произошла такая же история. То, что раньше просто описывалось — мякилуото, «каменистый островок», — превратилось в некий момент в Мякилуото — остров, носящий такое собственное имя. Кругом уйма столь же каменистых рифов, но только один — Мякилуото.

Разве не могло так быть? Вполне могло: в таком случае английская фамилия Мак-Эллиот никакого отношения к названию данного клочка земли не имеет. Простое совпадение: в городе Петровске на кладбище может находиться могильный камень с надписью: «Петр Петрович Петров». Из сего отнюдь не следует, что город назван в память об этом Петрове. Так и тут: простое совпадение. Случайность!

Источник:

www.litmir.me

Загадки топонимики в городе Иркутск

В нашем каталоге вы можете найти Загадки топонимики по доступной стоимости, сравнить цены, а также посмотреть иные предложения в категории Детская литература. Ознакомиться с параметрами, ценами и обзорами товара. Доставка производится в любой населённый пункт России, например: Иркутск, Красноярск, Ростов-на-Дону.